Читаем Особенный год полностью

Расскажу об одном случае, который глубоко запал мне в душу…

Я его помню так, как будто это произошло вчера.

Мы находились на стрельбах. Цели тащил за собой на длинном тросе самолет. Подготовка к стрельбам прошла хорошо. Все действовали слаженно и точно. Солдаты надеялись, что если и эти стрельбы отстреляем на «отлично», то не миновать нашей батарее почетного звания «Отличная батарея». Однако на самих стрельбах все наши надежды были развеяны в пух и прах одним-единственным человеком. Им оказался наводчик орудия рядовой Хетени.

Когда я увидел, что наши снаряды рвутся на значительном расстоянии от цели, меня чуть было удар не хватил. Хотелось заорать от злости. Я даже не подошел к Хетени, боялся за себя: вдруг не сдержусь и скажу ему что-нибудь недозволенное. И хотя результатов стрельб нам еще не сообщили, я и без того знал, что цель ушла невредимой. И все из-за одного Хетени. Трудно было понять, как при столь благоприятных для нас условиях можно было не поразить цель.

Я отошел от орудия подальше, но остальные солдаты набросились на наводчика.

— Мазила сонный! — крикнул ему рядовой Нондор Креч. — Еле шевелился!

— Думаешь, ты попал бы? Не удалось, — значит, не удалось! Возьму осенью да демобилизуюсь! — оправдывался Хетени.

Меня эти слова сильно возмутили. Я, конечно, понимал, что неудача может постигнуть любого человека, но чтобы вот так реагировать на замечания товарищей… Такое отношение Хетени возмутило не только меня, но и всех солдат.

Под вечер на батарее вышел свежий номер стенгазеты. До этого случая выпуск стенгазеты у нас всегда проходил со скрипом — как правило, из-за того, что не хватало статей. Кому вдруг пришла в голову мысль выпустить газету, я так и не узнал. Да и не в этом дело. Важно, что номер вышел. Ребята охотно написали для него свои заметки, в которых критиковали Хетени.

Так, например, в заметке Креча были такие слова:

И Креч откровенно высказал свое мнение о Хетени.

А рядовой Тибор Хорват, один из лучших солдат, член комсомольского бюро, писал в своей статье:

Далее Хорват сравнивал условия мирного времени с военным. Возможно, тут он был не совсем прав, однако в самом конце своей статьи он поднял совершенно правильные вопросы:

Последние слова статьи были довольно серьезным обвинением в адрес Хетени, чего нельзя было не заметить.