— Мы ведь как друзья здесь разговариваем, не так ли, товарищ капитан? — обрадовался моему вмешательству Лукач. — А разве государству не лучше было бы, если бы я все время работал в шахте, а он, например, строил? Ты, Ковач, всегда все переиначиваешь.

— Придет время, и все уедете домой, а пока об этом и спорить нечего, — строго сказал Балатони.

— Я знаю, товарищ младший сержант, что творится в мире, — ответил Лукач. — Только дурак не понимает, зачем мы служим в армии. Но человек остается человеком, он должен иногда помечтать, а потом, забыв об этом, станет выполнять то, что требуется.

Тем временем я получил мат, хотя Бенчик и старался дать мне возможность выиграть. Меня же интересовал не результат игры, а разговор, который вели между собой солдаты.

Незаметно текло время. Солдаты разговорились и порой так шумели, что из расположенной рядом читальни нас попросили говорить чуточку потише. Но спор продолжался. Самым важным было то, что солдаты разговаривали со мной как равные, а не как подчиненные с начальником.

ТРУДНОСТИ ВОСПИТАНИЯ

Порой плохие привычки пристают к человеку, как заразная болезнь. Ни сам он, ни окружающие сначала не замечают этого, а когда увидят, то уже беда на носу.

Когда я был еще молодым офицером, один из опытных командиров как-то сказал мне:

— Никогда не забывай следить за тем, кто у тебя ведет за собой роту!

— Как это так?! — удивился я тогда. — Раз я командир, значит, я и веду. Хотел бы я видеть, как это в подразделении будет верховодить кто-то другой!

Опытный офицер улыбнулся и, похлопав меня по плечу, сказал:

— Это тебе только сейчас так кажется! Было время, когда я и сам так думал. Считал, что в роте все делается только так, как я хочу. Не забывай о том, что ты только человек, и притом не имеешь возможности все время находиться среди них. Тогда, может, ты и был бы в курсе всех событий, но и то едва ли. А что тебе известно о том, как твои подчиненные ведут себя за воротами казармы — ну, например, в увольнении? Солдаты еще и сами друг друга воспитывают. Поэтому внимательно следи за их настроениями. Запомни, если они у тебя отобьются от рук, ты попадешь в тяжелое положение.

Годы службы убедили меня в том, что на самом деле не я один руковожу ротой. Я говорю не о командирах взводов и отделений.

Когда новобранцы надели военную форму, они стали удивительно похожими друг на друга. Однако так только казалось на первый взгляд. На самом деле это были совершенно разные люди с различными характерами. И если я действительно хотел понимать их, то должен был разобраться не только в анкетах и характеристиках, но и в поведении живых людей.

Возьмем хотя бы такой пример. Все в роте знали, что рядовой Ласло Хайек до армии работал электромонтером. Согласно официальной справке, мы имели дело, так сказать, с представителем рабочего класса. Однако спустя некоторое время солдаты начали рассказывать о нем целые легенды.

Однажды рядовой Йожеф Такач вернулся из увольнения навеселе. Когда мне доложили об этом, я вызвал парня и спросил:

— Почему вы напились?

— Немного перебрал, товарищ капитан, — пытался оправдаться солдат.

— А я и не знал, что вы склонны к злоупотреблению спиртными напитками. Теперь буду это иметь в виду.

— Нисколечко я не склонен! — обиженно произнес Такач. — Просто меня рассердил Хайек.

— А что он сделал?

— Завел меня в корчму, а потом у всех на виду попросил, чтобы мне принесли воды, а то я от содовой захмелеть могу и тогда не доберусь до казармы.

— Вот вы и решили ему доказать, что это не так, а?

— Мне и пить-то не нравится, но все так смотрели на меня…

— А сам Хайек не был пьян? — спросил я.

— Я не знаю. Когда я вышел из корчмы, его нигде не было видно. Он бросил меня и ушел.

Однажды в канцелярии, дверь которой была плохо прикрыта, донесся громкий разговор из казармы. Сначала я узнал голос Хайека:

— Ну и балбес же ты, Шуйок, что не попробовал девчонку! Почему?

Шуйок, простой, добродушный деревенский парень, ответил:

— У меня тогда увольнительная кончалась…

— Ну и что? Ради такой голубки можно было бы и опоздать.

— А потом сесть на губу, да?

— Ну и размазня же ты, дружище! — не успокаивался Хайек. — Перелез бы через забор, и все…

В этот момент я вышел в коридор и громко обратился к Хайеку с вопросом:

— Это чему вы тут учите товарищей?!

— Я только пошутил, — попытался оправдаться Хайек.

Одно время все солдаты в роте немного недолюбливали Хайека, но как-то произошел такой случай. Во время утреннего осмотра я заметил, что у большинства солдат клапаны на шапках не только завязаны на тесемки, но еще и сшиты нитками.

Остановившись перед рядовым Ковачем, я снял с него шапку и спросил:

— Почему у вас зашиты клапаны шапки?

— И у других зашиты.

— У каких это «других»?

— Например, у Хайека…

— Что это значит?! — рассерженно повернулся я к Хайеку. — Объясните!

— Я их не заставлял поступать так же, как я…