Читаем Ошибка программы полностью

Но даже робкая, почти незаметная улыбка, делавшая лицо андроида таким милым и живым, несказанно радовала кибер-инженера. Данэль живёт. Данэль чувствует. Он всё понимает и может реагировать.

Био-андроид занимал все мысли и всё свободное время Рида Бауэра. Кибер-инженер сам подобрал своему творению одежду – из списанных форменных комбинезонов, сам научил его одеваться и раздеваться. Он сам приносил ему раз в два дня высокий стакан с физраствором. Этого питания андроиду хватало надолго, и не было нужды приходить так часто. Но Рид хотел оказываться с этим удивительным созданием рядом как можно чаще. Он хотел смотреть на него не только через толстое стекло. Он хотел гладить его кожу. Чуть прохладную, как будто Данэль только что выбрался из воды, и безупречно гладкую. Никаких неровностей, прыщиков, морщинок, волосков. А ещё от его кожи всегда приятно пахло. Немного машинным, но не едко-жестяным, запахом. Чем-то напоминающим аромат озона. А как Данэль двигался! Плавно и бесшумно, и никакого этого отвратительного мерного жужжания суставов, как у прочих андроидов.

Данэль совершенен…

Когда Данэль изучал что-то в ноуте, Рид зачастую сидел рядом и боролся с желанием приласкать его.

Био-андроид чувствовал, что всё это – хорошо, и мягко улыбался.

Природа не раскрыла перед его создателем всех своих секретов, и Данэль был лишён человеческого многоцветия эмоций. Его мир был чётко разделён на две равные половины – чёрную и белую, как будто у него, словно у обыкновенного компьютера, была двоичная система представления информации. Ноль – единица. Отсутствие – наличие. Плохо – хорошо. Нет – да. Всё, что было связано с Ридом, было «хорошо».

Однажды Рид пришёл к нему и привычно уселся рядом. Данэль был тих и задумчив. Наконец он отвернулся от ноута, на экране которого Рид успел заметить какой-то текст, и проговорил ровным безэмоциональным голосом:

Ни шага без тебя теперь не сделаю,

Хочу хранить в руках твоё дыхание,

Я подарю тебе мою вселенную,

Мой свет в ночи, о мой столп мироздания.

Рид опешил, чуть приоткрыв рот. А Данэль тем временем спросил:

– Но как можно подарить вселенную? Насколько я понял семантику слова «подарить», это значит «передать что-либо безвозмездно в личное пользование». Как можно передать в личное пользование целую вселенную?

– Данэль! – засмеялся Рид, добродушно потрепав его по плечу, – Это же стихи. Это метафора. Скорее всего, имелось в виду, что герой хочет подарить своему возлюбленному существу всего себя до конца, без остатка.

– Стать рабом?

Рид опустил лаза в пол.

– Да, пожалуй ты прав. Любовь – это в какой-то мере рабство…

– Любовь? – эхом повторил био-андроид, – Да, во всех культурах человечества во все времена этому явлению уделялось огромное внимание. Но я так и не сумел выделить чёткое семантическое значение данного понятия. Что есть любовь? Просто «самое сильное человеческое чувство»?

Кибер-инженер медленно поднял лицо и прошептал:

– Да. Просто «самое сильное человеческое чувство».

Не в силах больше бороться с самим собой, кибер-инженер протянул руку, ласково погладил Данэля по коротким белым волосам и мягко наклонил к себе его лицо. А потом медленно, осторожно поцеловал его в губы.

И био-андроид несмело ответил. Господи, он и этому уже успел научиться? Рид не успел толком удивиться или растеряться, как андроид уже гладил его по спине, прижимая к себе. Потом плавно потянул молнию на его комбинезоне за собачку. Рид на секунду задохнулся от волнения и лёгкого испуга. Это же машина. Мыслящая, саморазвивающаяся и самообучающаяся машина… Но потом он прикрыл глаза и расслабился. Данэль не причинит ему зла. Кроме того, кибер-инженер понял, что ничего так сильно не хотел в жизни, как того, что должно случиться. Вероятно, Данэль считает, что поцелуй – это всегда прелюдия к чему-то большему. Что ж, пусть считает…

Био-андроид аккуратно уложил своего создателя спиной на прохладный пол, стягивая с него одежду и продолжая целовать шею, ключицы, грудь. Он знал, как надо. Он нежно и осторожно обнимал – умел контролировать свою силу. Вошёл аккуратно и плавно. Риду совсем не было больно. Он выгнул спину, обхватил ногами бёдра своего необыкновенного любовника и прикрыл глаза. Данэль двигался ритмично, и осторожно, упираясь руками в пол и глядя в лицо Риду. Тот положил руки Данэлю на плечи, стонал в голос, не открывая глаз, и шумно вздыхал. Андроид безошибочно угадывал, что это стоны удовольствия, а не боли. И продолжал. Чуточку поглубже…

– Да… – выдыхал Рид

«Да». Единица. Хорошо.

Данэлю было хорошо. Он улыбался, глядя на своего создателя сверху вниз непроницаемо-чёрными глазами.

С того дня это повторялось несколько раз. Андроид поднимал лицо от ноута и улыбался, когда Рид приходил к нему. Они оставались совсем одни в белой комнате, в которой не заметны были границы стен, пола или потолка. Они словно плыли среди застывших пластмассовых облаков.

Белый прохладный ангел и смертный с горячей кожей. Машина, в которой было что-то от человека и человек, в котором было что-то от машины…