Игорь Бер

ОСЕНЬ ОЖИДАНИЙ

Глава 1. Этот славный парень Томас Уолкер

Through a Crimson Sky — Q-Factory

1

Все кто знали кареглазого блондина Томаса Уолкера, отзывались о нем исключительно в положительном ключе. Он был молод, красив, обаятелен, способный поднять настроение даже старику, находящемуся на смертном одре. В его карманах редко водились монеты, но без сытного обеда и хорошего виски он никогда не оставался. Любая компания хотела видеть его за своим столом, любая женщина хотела затащить его в свою постель, любой ремесленник желал заполучить его в ряды своих работником, так как работал он за двоих, при этом, просил скромную оплату. Он уверенно брался за дело, стоило ему хоть раз понаблюдать за работой кузнеца, торговца или пахаря, и зачастую конечный результат превосходил любые ожидания. Он мог бы стать великим человеком, вокруг которого бы стали выстраивать новые поселения, а затем гляди и губернии, он мог бы стать губернатором этих новых поселений: мудрым, рассудительным и в меру строгим, — но Томасу никогда не хватало усидчивости. Его манила дорога, которая без конца скрывалась за горизонтом, обещая ему, что где-то там, — в местах, которые его глаза не могли разглядеть, — его ждало истинное счастье и смысл жизни. Там, — а не здесь — была его судьба, которая все еще не открылась ему по-настоящему, не поведав всех тайн.

Томас всегда предпочитал топтать пыль дорог в гордом одиночестве, в поисках тишины и уединения после долгих веселий и развлечений в тех населенных пунктах, что попадались ему на пути, но ровно в тридцатый свой день рождения он повстречал своего первого спутника, и эта встреча полностью изменила его дальнейшую судьбу. Но прежде чем повстречаться с тем, кто изменил его жизнь навсегда, ему предстояла другая встреча, с которой, собственно, все и началось.

К закату дня, когда Томас шел по заросшей тропе, до его слуха донеслись женские крики. Он остановился на месте и прислушался, оглядываясь по сторонам. С одной стороны тропы, по которой он шел, тянулось невспаханное поле, на краю которого стояли редкие небольших размеров фермы, а с другой — круто поднимался вверх зеленый холм, и также круто обрывался. У подножья обрыва начинался каменистый берег озера, которого не было видно. Но оно было там, и Томас это знал, так как видел начало озера тысячью шагами ранее, когда холм еще не скрывал его.

Он хотел продолжить свой путь, когда вновь расслышал с левой стороны от себя женский крик, который смешался со злобным и задорным смехом нескольких мужчин. Томас Уолкер присмотрелся лучше в сторону невспаханного поля и в этот раз заметил пляску нескольких силуэтов. Один силуэт петлял из стороны в сторону, падал и поднимался на ноги. За ним, не отставая ни на шаг, следовали другие силуэты-тени, которые как шакалы приближались к своей жертве, упиваясь ее криками, и отступали назад, даруя призрачную надежду на спасение.

Томас Уолкер был очень чувствительным к несправедливости и никогда в подобных случаях не мог просто пройти мимо. Его неудержимую тягу к справедливости подтверждали шрамы на руках и ногах, один шрам на щеке и дыра в предплечье от ножевого ранения. Но это его никогда не останавливало, а даже наоборот — он гордился своими боевыми отметинами и часто, засыпая в постели с очередной прелестницей, с интересом рассказывал ей о том, как он приобрел ту или иную отметину на своем теле. И женщины с восхищением слушали его рассказы, уж в этом можно было не сомневаться. Конечно, он приукрашивал свои повествования, окутывая их в практически сказочные обстановки, благо фантазия ему это позволяла, но он никогда не использовал откровенную ложь в своих рассказах, так как и без лжи ему было чем гордиться.

Девушка продолжала кричать, взывая о помощи, скорее всего сама не веря в то, что найдется смельчак или же простой человек, который услышит ее мольбы и хотя бы пожалеет, коли не заступится. Томас достал из-за пояса свой кинжал из тиминской стали и поспешил на помощь женщине.

Земля была сухой и бугристой, что замедляло его бег. К тому же сухие стебли бурьяна спутались между собой и требовали к себе особого внимания, обещая в ином случая ухватить его за ноги и повалить наземь. А он не мог позволить себе упасть, ведь подобные ошибки могли привести к потерям столь нужных минут, которые сейчас играли важную роль в спасении женщины нуждающейся в его помощи. Страх перед незнакомыми агрессивными мужчинами он не испытывал, хотя за свои тридцать лет он не раз встречался с достойными соперниками, которым он либо с трудом давал отпор, либо смиренно принимал поражения, стараясь при этом сохранить свое лицо. Судя по силуэтам, в этот раз ему должны были противостоять трое мужчин, чего ранее с ним еще не случалось.