Я появился на свет под знаком Скорпиона, в год Зайца…

И вот, замыслил, ко дню моего Рождения, подарить Друзьям по экземпляру этой рукописи. Может быть, в этом году успею?!

26-го октября. Осень на Луне продолжается.

Страданье как причина познанья

Страданье как основание и причина познанья

Осень, и дни все короче, так быстро мелькают, все меньше в них содержания… И жизни, и смысла: «И скучно, и грустно…» Все меньше Солнца – все больше Луны. И Лунный Заяц пить стал все больше, – кувшин за кувшином…

Пора и мне на Луну, – грустить и думать все дальше…

Все о том же…

Так в чем же смысл и причина страдания?

Если страдание – зло, то оно – бессмысленно…

«Господь зла не сотворил» – ни цели, ни смысла, ни значения, ни назначения у него нет. Но зло есть, есть и страдание – первая истина, провозглашенная Буддой.

Смысла нет, а причина?

Вот бы, как было бы хорошо – ОТМЕНИТЬ ВСЯКУЮ БЕЗНРАВСТВЕННОСТЬ! Чуждую звездному закону, который у нас внутри…

Отменилась бы тогда вся огромная армия ментов, чиновников, инспекторов… И прочих дармоедов.

А потом отменить политиков и, значит, воины, – всю и всякую армию и всех военных…

Наверное, количественной характеристикой нравственного благополучия общества является количество людей в форме и прочих надзирающих… Обратная зависимость.

Если не станет, не будет общество тратить звезды и силы на беззвездных членов, а сами эти члены признают величие нравственного вселенского закона…

Вот тогда и начнется освоение Марса, продление жизни и «воскрешение отцев», и далее, как мечтал Н. Федоров – достойное общее дело, и цель и смысл для всех членов человеческого общества.

(Только вот Луна уже занята: там мы с Зайцем вино пьем из кувшинов.)

Если исчезнет ЗЛО социальное, то… – а есть ли другое?! Есть ли другие несчастия, кроме болезней нравственных? Ведь общими усилиями с любой бедой справимся!

О, наши русские поэты! О, наши русские философы! Я с вами! И тоже хочу пострадать за Россию. «Мы пахали! – муха говорила сидя на быке». Мы с Федором Михайловичем в Москве в одном месте родились и под одним знаком. Я и Достоевский – скорпионы из Марьиной Рощи…

А вот мимо окон Гоголя, на первом этаже, я каждый день утром пробегал, опаздывая на работу. У них там, в музее писателя, у самого окна, на черном бархате – посмертная маска и сломанное перо. А окно то не занавешено!

Бегу я на работу, и каждое утро в окне – мертвый Гоголь…

Не хочу, да взгляну, а другой дорогой тоже не получается, т. к. опаздываю. А в дворике памятник – Гоголь Андреева, грустный такой, и я тоже бедный несчастный, вот и убежал из Москвы в леса и сидел под елкой, и выл на Луну…

Вот тут и появился Лунный Заяц, и началась сплошная осень на Луне.

Осень на Луне продолжается! Так что, как говаривал мой дедушка, тоже, кстати, Николай Васильевич: «Поехали! – сказал попугай, когда его кошка за хвост потащила…»

Поехали! Куда поехали? Дома все равно нет, и быть не может. Ничего нет кроме дороги, чувство дома давно потеряно, особенно последние лет пять…

Вечное ощущение ПОЕЗДА, каждую ночь укладываешься на багажную полку, а на утро снова чужая станция в чужом мире, – все дальше от дома; от мечты, от надежды… – все дальше, ведь боль души так просто мерит расстояние…

Почему обычно говорят: «Я родился»… – даже материалисты, а не: «Я был рожден»? Ведь только мистик может вообразить, что он сам родился, в смысле, – сам захотел быть, жить здесь в этом теле и в это время…

Родили объяснить не могут, кажется, что и вовсе ничего не известно о целях, о смыслах, – попробуй, кого спроси…