У нас были гости, было шумно, ярко. Из комнаты, где собралось много людей, где и я шумел, шалил, смотрел и слушал, я вышел и зашел в – другую комнату.

И вдруг, остановился! На полу разбросаны игрушки, за одной из них я, видимо, и пришел сюда… И я вдруг остановился, как бы наткнувшись на тишину, меня удивило что-то…

И дверь закрыта за мной, и неслышны голоса – один, совершенно один. Я стоял посередине комнаты, в центре моего мира: мои игрушки, картинки на стенах – все знакомо до мелочей… Но почему же тогда, все так непонятно? Может, я не пришел в эту комнату? А если я пришел сюда, то тогда и там никого не должно быть…

Я видел, как ответ на мою попытку понять, – осознать себя, – рождается, растет и ширится. Я ощутил Нечто огромное и мощное, я слышал рокот этой страшной Волны! Много раз потом мне снилась огромная морская волна, выраставшая вдруг до небес, с пенным гребнем надо мной. Во сне я убегал, прятался, лез в гору…

А тогда, стоя посредине комнаты, я не боялся, я ждал этого удара, – хотел, чтобы весь ОКЕАН обрушился на мою голову!

Вдруг кто-то взял меня за руку, дернул, вытащил из комнаты, вокруг поднялась суета. Я увидел их всех, большой пестрый стол, и – заплакал. И такая тоска, такая горечь впились мне в сердце, что я испугался, и перестал плакать, потому что пожалел их, – вдруг увидят, как мне плохо!

А потом всегда с взрослыми притворялся веселым и глупым, – чтобы не расстраивать их.

Ответ

Прошли годы, и вот, меня настиг удар той страшной волны…

Ударило, так ударило! До сих пор искры… Такие белые, яркие… Как-то я сравнил их с теми разрывами, полосами и пятнами, которые бывают на экране, когда идет старый фильм. И кажется, что вот-вот порвется кинолента, вспыхнет другой – мощный свет, и двери откроют…

Гигантская волна обрушилась на мою голову, и Гром, и Молния…

Рассказывая об этом, я обращался к разным аллегориям, к таким грандиозным, великим и ужасным. Писать слова с большой буквы – дело не хитрое, а вот возможно ли объяснить, что такое ОТВЕТ, человеку, состоящему из одних вопросов? Ведь истинный Ответ – гигантская волна, смывает все вопросы, и такого человека, его разум может уничтожить полностью.

Ведь все мысли, в отличие от идей, суть – вопросы?

Истина – это такой Ответ, что приходится расстаться со всеми вопросами, и уже не о чем больше думать, т. к. вместо раздумий – знанье.

А хотим ли мы расстаться со своими любимыми вопросами?

Меня, например, уверяли, что есть вопросы, на которые нельзя ответить. Вопросы, мол, есть, а ответов нет:

– безответные вопросы,

– вечные вопросы,

– проклятые вопросы,

– запрещенные вопросы.

Почему боятся настоящего Ответа, потому что не будет больше вопросов? Не так, как в науке, где «ответ на один вопрос рождает десять новых…»

Однажды в детстве, не получив ответа, я оказался в жутком лесу, где росли корявые, уродливые вопросы, – в безответном мире, где обитал бессмысленный разум. Смешно и горько вспоминать раздраженные ответы взрослых, их умное возмущение, попытки что-то сделать с моим тупым упрямством…

Шло время, и мои сверстники, оставив бесполезные вопросы, занялись делом, как-то приспособились к бессмысленному существованию. Не пора ли и мне – кем-нибудь стать? Я пытался, изо всех сил пытался! Чтобы не расстраивать близких, чтобы быть полезным…

Но встретил вас, мои верные Друзья, и записался в отчаянные бездельники, и вместе с вами ушел в леса, где настоящая, трудная и опасная жизнь, многие километры с огромными рюкзаками, немыслимые восхождения в горы и сплавы по рекам…

И, странное дело, эта, казалось бы, бессмысленная жизнь, на самом деле, вела нас к Высшему Смыслу – в БОЛЬШОЙ ПОХОД ЗА ИСТИНОЙ…

А что сталось с теми моими сверстниками, которые стали? Которые стали и становились, хотели еще больше стать, и становятся, и хотят еще больше…

Недавно я встретил одного из них и сочинил по этому поводу нечто вроде рассказа.

Встреча на дороге

и стал пред ним ходить…

Мы не виделись лет 30. Он, пыхтя, вылез из черной низкой машины и заблестел зубами, запонками и золотой оправой очков.

Мы в школе дружили, и я пожал бескостную, жеманно поданную руку. Мне стало так жаль его: помня, но, едва узнавая, я силился разглядеть того прежнего, живого, худенького мальчика, погребенного в рыхлом, больном теле.

– Где ты? Что случилось с тобой?

Он посмотрел на меня усталыми умными глазами, и весомо изрек:

– За все в жизни надо платить…

Сколько раз мне приходилось слышать эту расхожую мудрость, сколько разных платежеспособных людей утверждали, утверждали при мне, сей пошлый закон! И понял я, что с ним случилось, и, не стерпев, устроил ему цирк…

Сделав шаг назад, я громко и четко сказал:

– Ты прав! За все в жизни надо платить, – платить Сатане, ведь он ничего не дает бесплатно. Но знай, что и сама Жизнь, и Любовь, и все другие дары Бога – бесплатны, безвозмездны!

Эффект был потрясающий: распахнув золотую пасть, тыча пальцем в мои поношенные джинсы, он заорал: