Продолжалось строительство тротуаров и замощение проезжей части улиц, общая протяженность которых составила 40 верст. К 1910 году были покрыты камнем и асфальтом 28 процентов площади улиц и семь процентов пространства городских площадей[160]. В январе 1899 года начала действовать городская электростанция. В 1910 году число ее абонентов увеличилось до 524[161] Электрическое освещение получили общественные здания, расположенные в южной части города: магазины, банки, почтамт, больницы, театры, гостиницы, учебные заведения, церкви и 300 частных квартир. Остальные районы города освещались «обыкновенными, нередко тусклыми керосиновыми лампами, причем фонарные столбы находятся один от другого на значительном расстоянии»[162]. «Электрические и керосиновые фонари горят в городе до двух часов ночи, после чего они тушатся, и город погружается в темноту до рассвета»[163].

В 1907 году реконструировали водозаборную станцию на берегу Урала. Производительность ее увеличилась до 1,2 миллиона ведер в сутки. Этого было бы достаточно для удовлетворения нужд растущего города. Однако малый диаметр труб и недостаточно развитая их сеть, равная 17 верстам, снижали суточную подачу воды до 700—800 тысяч ведер. В летнее время город испытывал постоянную нехватку воды. Отсутствие фильтров на водозаборной станции часто вызывало массовые заболевания. По этой причине, например, в июле 1910 года в Оренбурге вспыхнула эпидемия холеры[164].

С 1897 года в городе действовала телефонная станция. В 1914 году ее услугами пользовались 550 абонентов, что было явно недостаточно для нужд стотысячного города. На оренбургских улицах появились автомобили и велосипеды. В 1913 году у богатых горожан было 1186 велосипедов и 46 автомобилей. В 1910—1914 гг. городская дума и губернские власти оживленно обсуждали вопрос о создании сети общественного транспорта. Началась разработка проектов введения в городе автобусного сообщения и электрического трамвая[165].

Соседство с азиатской частью России накладывало особый отпечаток на облик Оренбурга, придавало городской жизни, кипевшей на его улицах, неповторимый колорит. «Центр города с улицами Николаевской, Гостинодворской и Неплюевской представляется почти европейским. Здесь все залито асфальтом и электрическим светом, настроены громадные каменные дома с магазинами, кинематографами, ресторанами, гостиницами и проч. Но чем ближе к окраинам, тем больше признаков самой неприкрашенной азиатчины: улицы не замощены, домишки на них маленькие, глинобитные, площади утопают в грязи, почти на каждом шагу встречаешь ревущих верблюдов с погонщиками-киргизами»[166].

Ю. П. Злобин

Возникновение и деятельность социал-демократической организации

Развитие капиталистических отношений сопровождалось не только появлением крупных предприятий, но и формированием городских «низов», в первую очередь рабочих-пролетариев. Рабочий день на заводах и фабриках Оренбурга длился 10—12, а в ремесленных мастерских — 14—16 часов[167]. Заработная плата фабрично-заводских рабочих была низкой: от 60 до 90 копеек в день[168]. За одну и ту же работу женщины и подростки получали значительно меньше, чем мужчины. Трудились рабочие в тесных, задымленных и грязных помещениях. Жили в глинобитных домах и землянках[169]. Жестокое угнетение рабочего класса приносило капиталистам колоссальные прибыли. Содержание 500 рабочих лесопильного завода стоило акционерам «Орлеса» 74 тысячи, а ежегодный доход от их труда равнялся 600—700 тысяч рублей[170].

Еще более жалкое существование влачили рабочие, занятые в ремесленно-кустарной промышленности. Санитарный врач Оренбурга Л. Винокуров писал в 1905 году: «Кустарь не имеет оборотных средств и старается выжать все, что можно, с двух-трех рабочих, имевших несчастье связать свою судьбу с кустарным производством... Мастерские тесные, без света и воздуха. Зависимость рабочего от хозяина доходит до того, что заработная плата выдается три-четыре раза в год, а в некоторых случаях рабочий получает только стол и квартиру»[171]. За каторжный труд рабочим-ремесленникам платили 30—35 копеек в день[172].