С Оренбургом тесно связана научная деятельность Петра Ивановича Рычкова (1712—1777), первого члена-корреспондента Академии наук. Здесь он написал многие свои труды по истории, географии и экономике края, разрабатывал проекты развития «оренбургской коммерции» с полуденной Азией, включая далекую Индию, писал «экстракты». о башкирах, казахах, яицких казаках, калмыках, был деятельным помощником И. К. Кирилова, В. Н. Татищева, И. И. Неплюева. Перу П. И. Рычкова принадлежит первое обстоятельное описание Оренбурга, данное им в работах «Топография Оренбургская» (1762) и «Лексикон, или Словарь топографический Оренбургской губернии» (1777). В «Истории Оренбургской» он подробно изложил историю основания города, деятельность экспедиции, принятие российского подданства Малым казахским жузом, башкирское восстание 1735—1740 гг. П. И. Рычков был и первым историком Крестьянской войны под предводительством Е. И. Пугачева. Он составил подробнейшее описание осады Оренбурга пугачевскими повстанцами, названное А. С. Пушкиным «Летописью Рычкова».

Труды Рычкова побудили Академию наук продолжить естественно-исторические исследования на юго-востоке страны. С этой целью в 1768—1774 гг. она организовала пять академических экспедиций — три «оренбургских» и две «астраханских».

Руководитель одной из оренбургских экспедиций П. С. Паллас во время своего путешествия встречался с Рычковым в его имении (в с. Спасском), в июле 1769 года был в Оренбурге. В своем труде «Путешествие по разным провинциям Российской Империи» он высоко оценил перспективы молодого города, отметив, что в будущем он «должен быть самым важнейшим провинциальным городом в Российском государстве». Паллас не дал подробное описание Оренбурга, объяснив это тем, что в «Оренбургской топографии» Рычкова «содержится столь обстоятельное известие о местоположении, учреждении и о всех зрения достойных публичных строениях сего изрядного города»[67].

Работы Палласа, а также И. И. Лепехина, И. П. Фалька содержали значительный научный материал о природе, населении, экономике Оренбургского края и прилегающих к нему территорий. Участник экспедиции Палласа Н. П. Рычков (сын П. И. Рычкова), руководивший одним из отрядов экспедиции, тоже оставил ценные в научном отношении материалы своего путешествия.

Ю. С. Зобов

Оренбург в период разложения и кризиса крепостничества

Застройка Оренбурга в конце XVIII — середине XIX веков. После Крестьянской войны 1773—1775 гг. Оренбург оставался только в пределах крепости почти до конца века. Выжженная при подходе пугачевцев казачья слобода не восстанавливалась, все жили под прикрытием крепостного вала. Вторично слободу с восточной стороны города стали строить после 1786 года, когда в связи с опустошительным пожаром решили уменьшить плотность, застройки и выселить казаков за город. Люди не хотели выезжать, так как в предместьях существовали значительные ограничения на тип строения, материалы и тому подобное. Применительно к современному городу Форштадт начали строить от линии (ныне) Выставочной улицы, северной его границей была Туркестанская. К началу Отечественной войны 1812 года застройка Форштадта дошла местами до линии улицы Степана Разина, но внизу обрыва не достигала, спускаясь до линии Кавалерийской улицы.

С западной стороны города к этому времени были восстановлены или вновь построены различные хозяйственные здания, появилась маленькая слободка ссыльных в районе современной Пионерской улицы. Значительно дальше к северу расположился губернаторский дом с садом. Дом находился на территории, занимаемой теперь госпиталем и проезжей частью нынешнего проезда Коммунаров. Его построили, видимо, вскоре после Крестьянской войны[68]. Сад находился там, где сейчас больница, и дальше к юго-западу.

Настоящая слобода появилась с западной стороны города только после Отечественной войны. Она заселялась в значительной мере отставными солдатами, почему наряду с Голубиной ее называли и Солдатской слободкой. Сначала слободка начиналась от линии нынешней улицы Чичерина и шла к западу, но вниз не спускалась. Лишь в тридцатые годы, а возможно и позже, она постепенно стала продвигаться вниз вдоль Чернореченской дороги, превратившейся, таким образом, в улицу.

Население Оренбурга, если не считать военных и чиновников, к началу XIX века не доходило и до тысячи. Его составляли купцы, мещане, дворовые люди. Вместе же с гарнизоном и чиновничеством в 1797 году насчитывалось около 5,5 тысячи жителей. С 1785 года город получил самоуправление — шестигласную думу. С 1798 года введена полиция, и город разделен в полицейском отношении на две части и шесть кварталов, ничего общего с градостроительными кварталами не имевшими.