Читаем Опустошение Баала полностью

Данте выключил реактивный двигатель в верхней точке прыжка, позволив себе устремиться в свободном падении к чудовищам, карабкающимся через стену. Он выбрал одно и скорректировал траекторию микросекундным импульсом двигателя. Карнифексы являлись тяжелой пехотой улья, способной выдерживать сильнейшие удары и отвечать с той же мощью. Силовой топор Данте мог только ранить тварь, а этого недостаточно, чтобы атаковавший наверняка выжил. За плечами командора стояло пятнадцать веков боевого опыта. В искусстве войны едва ли нашлось бы для него много нового. Он уже сражался прежде с сотнями таких же огромных существ и к тому же убил дюжины самих карнифексов. Точно метеор, он рухнул на раздутую голову чудовища. Используя вес сверхчеловеческой мускулатуры и боевой брони, щедро умноженный гравитацией, командор направил импульс своего падения на удар топором Морталисом по черепу твари. Пурпурный мозг разбрызгался по золотой броне, но космодесантиик уже летел дальше. Он следовал за своим ударом, минуя плечи и споровые трубы карнифекса, вниз к бушующему морю тиранидской орды, бьющейся о подножие стены. Он чуть сместил вес, перекувырнувшись мимо сородичей карнифекса, уклоняясь от взмахов когтей и хлещущих вслед плетей щупалец. Меньшие твари стреляли вверх. Их личинки-пули расплескивались о броню, их кислотные внутренности дымились, распадаясь на керамите. Почти достигнув массы тиранидов, Данте вновь активировал реактивный ранец, испепелив хормагаунтов, пытавшихся достать его в прыжке клинками-косами, и взлетел обратно на парапет.

Его почетная стража приземлилась рядом, один за другим. На этой секции укреплений стояли Кровавые Мечи; их броня отличалась более темным оттенком красного, чем у Кровавых Ангелов. Они бросились в бой еще яростнее, завидев в своих рядах владыку Баала.

Очередной карабкающийся карнифекс по всему телу покрылся дымящимися ранами от силового клинка. Страж Данте целил в его суставы, и одна из когтистых лап уже болталась на красной нитке сухожилия. Переведя взгляд, командор громко выругался. Атакованная им тварь продолжала лезть вверх, упорно следуя за раненной стражами. Головной мозг был уничтожен, но оружие-симбиот приняло функцию управления массивным телом. Карнифекс взбирался дергаными движениями, точно марионетка. Из его расколотой головы стекала по стене желтая тиранидская кровь. Язык, по-прежнему держащийся на основании черепа, болтался, будто мокрый флаг. Ничто из этого явно не доставляло существу неудобств.

— Клянусь Кровью! Этих тварей вообще можно убить? — выругался Донториэль.

— Ты прекрасно знаешь ответ, брат, — ответил Данте.

Донториэль кивнул облаченным в золото соратникам. Они вновь взмыли в воздух и спикировали на однолапого карнифекса. Они метались вокруг на стремительных реактивных импульсах, просчитав каждый маневр для максимально эффективного расхода топлива и заканчивая его ударом. Прыжковые ранцы были устройствами, далекими от изящества и не предназначенными для истинного полета. Громоздкие, шумные, прожорливые; по сравнению с элегантными приспособлениями некоторых рас они казались лишь неуклюжими игрушками, но в руках Кровавых Ангелов умудрялись превосходить свои возможности. Искусство космодесантников позволяло забыть о природе полета и видеть лишь грациозные виражи настоящих Ангелов. Вот блеснул смертельный удар, полностью отрубив вторую конечность подранка. На мгновение тиранид замер, затем потерял равновесие и с ревом рухнул в беснующееся море гаунтов под стеной.

Данте оставался на месте, не сводя глаз с собственной цели. Гигантские когти безголового тиранида продолжали вгрызаться в скалобетон в размеренном ритме, подтягивая тело на несколько футов с каждым сотрясающим стену ударом. Он полз прямо над огневой точкой тяжелого болтера. Пространство между брюхом твари и дулом вспыхнуло сотней взрывов, пораженное огнем в упор, но тварь лишь двинулась дальше, истекая жидкостью из свежих ран и выворотив оружие из креплений. Данте нацелил пистолет, выжидая, когда ксенос снова поднимет коготь. Каждую секунду оружие-симбиот на мгновение открывалось. Выращенное в форме длинной, ребристой пушки, оно казалось артефактом, но оно было живым, независимым и разумным. Полусформированные конечности обхватывали основание его морды-ствола. В задней части виднелись рудименты пищеварительного тракта. Самым же явным признаком являлся большой желтый глаз, злобно смотрящий из приклада, — там, где нижняя конечность карнифекса срасталась с механизмами пушки, если позволительно так их назвать.

Данте поправил прицел.

Коготь снова врезался в скалобетон, закрывая создание-симбионта. Второй ударил в стену, и безголовый монстр поднялся еще на три фута.

— Он почти наверху! — закричал сержант Кровавых Мечей.