<p>Ирина Дегтярёва</p><p>Операция «Северные потоки»</p>

<p>Глава первая</p>

«Дороги на войну… Кто бы мог подумать, что они снова пролягут по России», — Олег Ермилов, ожидая отправления поезда, вздохнул, задумчиво поглядев на перрон через окно купе.

Раннее утро, московская осень, лужи на платформе, в которых плавают сигаретные бычки и отражается ртутно-серое светлеющее небо, проводница в берете цвета морской волны, поджидающая опаздывающих пассажиров на платформе. Конец сентября и прохладно.

Картинку в луже нарушил носильщик в кислотном светоотражающем жилете — рассек колесом своей груженной чемоданами телеги поверхность одной из луж. Так и мирная жизнь, казавшаяся устойчивой, надежной, в этом феврале на поверку оказалась зыбкой, как поверхность лужи, пошла рябью, муть поднялась со дна…

— Вот-вот тронемся. — Вася Егоров сидел напротив и в окно не заглядывал, уставившись в пространство с отрешенным и довольным видом.

Он бросил свою хулиганского вида клетчатую кепчонку на полку рядом с собой и расслабленно вытянул ноги, предвкушая, как выспится в этой двухэтажной «Таврии», где чуть пахнет угольным дымком железной дороги, креозотом, порошком от свежевыстиранного постельного белья и едким одеколоном прежних пассажиров.

Билеты на этот самый быстрый поезд до Крыма, отходивший с Казанского вокзала, оставались только в вагон СВ, что, естественно, вызвало недовольство у финансиста и слегка злорадное ликование у обоих командировочных фээсбэшников.

На первом этаже поезда семь довольно просторных двухместных купе, где вместо верхней полки продолговатое зеркало. Когда зашли и отразились в нем, Ермилов подумал, что они как безбородые Маркс и Энгельс в профиль, не хватает только дедушки Ленина.

Полковник Олег Ермилов, начальник отдела ДВКР ФСБ[1], и его заместитель подполковник Егоров приехали на вокзал на служебной машине прямо с Лубянки, из дома два, где дневали и ночевали с самого начала специальной военной операции. Ни выходных, ни отпусков… И не предвидится. Поэтому путешествие на юг оба восприняли со сдержанным, но все же энтузиазмом. Хотя Ермилов подозревал, что руководство из Москвы будет поторапливать и они с Егоровым не то что света белого не увидят, но и моря синего…

— Будем проезжать Ростов, помашем ручкой нашим, — Егоров сонно потянулся и метко забросил кепку на полку для чемоданов.

Ночь накануне отъезда выдалась беспокойная. Надо было анализировать полученные от москвичей оперативные данные по разработке одного нечистого на руку инженера, работающего в НИИ Минобороны. Вечером, правда, удалось заскочить на полчаса домой, и Вика снабдила Васю снедью на дорогу, рассчитывая в том числе и на начальственные аппетиты Ермилова. Трястись в поезде им предстоит чуть больше суток.

Белобрысый, коротко стриженный, с угловатыми чертами лица, напоминающий скандинава или древнерусского богатыря с голубыми глазами, Василий слыл человеком активным, нетерпеливым, но толковым, поэтому Ермилов и переманил его из Ижевска в центральный аппарат, увидев Егорова в деле во время одного совместного мероприятия. Не пожалел, хотя хлопот с горячим и порывистым оперативником прибавилось, но все-таки из него вырастил себе заместителя. Руководитель Департамента Петр Анатольевич Плотников, сообщив о назначении Василия Стефановича на эту должность, многозначительно предупредил:

— Ты вот ратовал за кандидатуру своего Егорова в замы. Получи и распишись. А он парень чересчур азартный. Не сможешь его удержать в рамочках, прилетать будет тебе, имей в виду…

«Ручкой нашим» Вася вознамерился помахать не без ехидства. Они с Ермиловым собрались уж было ехать в Севастополь с очередной группой военных контрразведчиков на автобусе сперва до Ростова-на-Дону. Однако выяснилось, что группа сотрудников, в том числе и из региональных управлений, прошедшая дополнительно спецподготовку для действий в условиях СВО, накануне отбыла на юг России, а далее, как говорится, везде — разъедутся по разным городам новых территорий. Сесть к ним на хвост, к счастью, не удалось, поэтому и оказались Ермилов с Егоровым в купе СВ и смогут насладиться комфортными условиями.

Были еще варианты: добраться до Новороссийска, а оттуда на корабле до Севастополя или с помощью пограничников на катере пересечь Керченский пролив… Но по здравом размышлении Плотников санкционировал Ермилову поездку на поезде до Севастополя.

Обратные билеты не взяли — никто не знает, когда домой, даже всевидящий Плотников…

Без берета проводница оказалась с коротким седоватым ежиком волос, остриженная почти по-мальчишески, с нарисованными полосками бровей, немного усталая, но своя в доску. С такой можно и по рюмашке хлопнуть, и за жизнь поговорить.

Она тут же принесла чаю, опытным глазом выявив в двух пассажирах командировочных, к тому же военных. Сразу же назвала Ермилова полковником, и он непроизвольно похлопал себя по карману пиджака: не выронил ли удостоверение ненароком.

Егоров фыркнул, когда она вышла.