Читаем Операция «Дельфин» полностью

С этим письмом Нуки-на-му тут же отправилась к Тулаеву. Он сидел на скамейке во внутреннем дворе отеля «Гавайский регент» и, увидев ее, решил больше не строить из себя джентльмена. Он даже не соизволил встать и подать ей руку.

– Вот, пожалуйста! – сказала она, протягивая ему письмо. Тулаев небрежно сунул его в карман пиджака.

– Я был о тебе лучшего мнения, – с трудом сдерживая ярость, сказал он. Нуки-на-му откинула назад свою красивую голову.

– В постели тоже не всего можно добиться. – Она презрительно скривила пухлые губы. – И потом, мне все это омерзительно.

– С чего вдруг?

– А мне всегда это было противно! – как разъяренная кошка прошипела она.

– При нашей работе нельзя испытывать ни угрызений совести, ни отвращения, ни стыда и вообще нужно быть совершенно бесчувственным человеком, – спокойно сказал Тулаев. – Ты можешь быть нам полезна только своим телом. Мы согласились с этим, привлекли тебя к сотрудничеству. Зачем тогда попусту языком молоть?

– Я хочу выйти из игры.

– Только мертвому агенту разрешается расторгнуть контракт. Не сводя глаз с Тулаева, она сделала шаг назад.

– Это что, угроза?

– Нет, конечно. – Тулаев снисходительно улыбнулся. – Всего лишь дружеский совет.

– Все, я больше не играю.

– Ну хорошо, предположим, мы согласимся – на что ты будешь жить?

– Есть столько возможностей не умереть с голоду!

– Можешь вполне стать дорогой проституткой…

– Хотя бы!

– Ну и что это в твоей жизни изменит? Какая разница, получаешь ли. ты от меня всю сумму сразу или каждый вечер от каждого клиента в отдельности. – Тулаев откинулся на спинку скамейки и посмотрел на усыпанный звездами небосвод. Другие девушки, которых он подсовывал отпускникам, уже сообщили ему, что огромные бетонные блоки – их фотографии, сделанные со спутников, и послужили причиной проведения столь широкомасштабной операции – на самом деле новейшей конструкции ангары для подводных лодок и что их уже опустили в океан. Тем самым у американцев появилась возможность максимально увеличить дальность плавания своих подводных лодок и обеспечить прямо в океане их снабжение и проведение ремонтных работ. Самые настоящие подводные острова… Эту информацию по достоинству оценили в Москве. Из штаб-квартиры КГБ уже сообщили, что рассматривается вопрос о присвоении Тулаеву звания подполковника. Но ему предстояло еще очень многое узнать.

– Я так думаю, через пару недель сюда снова приедет доктор Финли, – сказал Тулаев Нуки-на-му.

– А может, и через два месяца, – неохотно ответила она.

– Во второй приезд он уж точно расслабится. Любой, кого ты обнимала, уже отравлен твоим сладким ядом. Все эти дни и недели Финли будет мучиться, изнывая от тоски по тебе, будет травить душу и наконец уже здесь выложит все, что нам нужно знать. Запасемся терпением, Нуки. Еще один выдающийся результат, и я разрешу тебе выйти из игры…

Яковлев терпеливо ждал ровно шесть недель, а потом решил, что вновь настало время использования «щук».

От адмирала Прасолова поступили сведения о том, что американцы проводят на Уэйке монтаж ультрасовременных ангаров для подводных лодок и есть подозрение, что их хотят испытать в запретной зоне.

«Если в них установлены гидролокационные комплексы, говорилось далее в радиограмме Прасолова, – то они могут представлять весьма серьезную угрозу для нас. Мы также не знаем, каким образом они снабжаются, и, очевидно, испытания их пройдут именно здесь. И вам, товарищ капитан третьего ранга, надлежит сосредоточить на этом все внимание».

«Мы выполним поставленную перед нами задачу, товарищ адмирал».

Ночью три советские подводные лодки впервые всплыли для перезарядки аккумуляторных батарей, матросы даже смогли пару часов подышать свежим морским воздухом, пока Яковлев проводил с офицерами оперативное совещание на «Дельте II».

– Не имеет никакого смысла наблюдать за ними издалека, – заявил он. – Нам нужен опорный пункт на берегу. Товарищ Логинов, пробил ваш час. Капитан-лейтенант Константин Петрович Логинов, прошедший специальную подготовку в Ленинграде, тут же напряг мышцы своего крепкого тела. Он был молод, светловолос и говорил по-английски как настоящий американец. Его вполне можно было принять за уроженца штата Миннесота. Кроме того, его снабдили полным снаряжением боевого пловца из специального подразделения корпуса морской пехоты США, а также соответствующими документами.