Читаем Опасные иллюзии полностью

— Леди Офелия — очень неординарный человек, я бы сказал, выдающийся, — рассмеялся Гидеон.

— Ее называли и похуже. — Не сомневаюсь. Честно признаться, она меня пугает.

— Обычная реакция, — улыбнулась Дейнтри. — Я хочу во всем походить на тетю Офелия

— Да? — насмешливо протянул Гидеон.

Они продолжили разговор. При этом Дейнтри испытывала острое желание узнать, что думает о ней ее спутник, но тот проявлял осторожность в суждениях, поэтому она никак не могла решить: то ли восхищаться его умением увиливать от прямых ответов, то ли возмутиться этим качеством. Впрочем, Дейнтри так и не успела сделать выбор: тропинка перед ними круто обрывалась, уходя вниз.

Далеко внизу шумело море, однако сегодня вода не радовала глаз голубизной. Пасмурный день не выносит буйства красок, предпочитая одну-единственную — серую: серое небо, серые облака, серые волны с белыми клочьями пены. Волны с грохотом ударялись о берег, рассыпаясь на миллионы брызг. Ветер заметно усилился, и теперь играл локонами Дейнтри. Девушка с благодарностью подумала о Нэнси, заставившей ее надеть шляпу, которую предусмотрительно прикрепила булавкой. Мелисса тоже была в шляпе, а вот Чарли давно сняла свою, и ветер нещадно трепал ей волосы, »щеки девочки полыхали румянцем, глаза сверкали.

— Смотрите, — закричала она. — Вон дом Мелиссы. Здесь есть тропа. Я опускаюсь первой.

— Только после меня, — усмехнулась Дейнтри.

Гидеон покачал головой

— Обычно, вперед пускают самую тяжелую лошадь, чтобы она проложила дорогу. Первым поеду я, за мной — Чарли, потом Мелисса, а вы с грумом, — обратился он к Дейнтри, — замкнете шествие. Ваша пара явится залогом нашего успешного спуска, — добавил Гидеон, предупреждая дальнейшие возражения.

Слова протеста замерли на губах Дейнтри. Как ни прискорбно это сознавать, но Пенторп был прав. Двигаясь следом за ним, Чарли будет в большей безопасности. Если же им удастся спуститься без приключений, их примеру последует Мелисса. Если возникнет какая-то заминка, Дейнтри успеет остановить Мелиссу, а Клемонс отправится на выручку.

Прищурившись, Гидеон внимательно — наблюдал за Дейнтри. Когда она согласно кивнула, он проговорил:

— Хорошая девочка. Я знал, что вы умны.

Его слова одновременно и обрадовали ее, и вызвали раздражение — неужели Пенторп всех женщин считает идиотками?

К счастью, ветер успел высушить мокрые участки земли и тропа не требовала особо пристального внимания. Даже Мелисса не выказывала признаков беспокойства.

Когда серебристый жеребец Дейнтри поравнялся с вороным, Пенторп, к досаде и удивлению девушки, неожиданно сказал:

— Здесь я вас оставлю.

— Вы не хотите дальше сопровождать нас?

— Вы не хотите увидеть пещеры? — встряла в разговор Чарли. — В одной из них наверняка сможет разместиться целая армия.

— Нет, спасибо, — улыбнулся Гидеон. — Я уже видел их и заехал так далеко только для того, чтобы убедиться в вашей безопасности. Теперь вы и сами прекрасно справитесь. Подъем будет легче, чем спуск.

Дейнтри не отрицала этого, просто ей было почему-то жаль расставаться со своим женихом.

Гидеон поднялся на вершину скалы и оглянулся — все трое смотрели ему вслед. Он помахал им рукой. В ответ они сделали то же самое. Чарли, все это время не помышлявшая о галопе, нетерпеливо ударила жеребца, пустив его вдоль берега. После минутного замешательства ее спутницы отправились следом.

Гидеон повернул вороного в сторону Деверилл-Корт размышляя о последствиях своей поистине кавалерийской лихости. Его не мучили угрызения совести по поводу содеянного, а терзал сам факт обмана. Он понимал; рано или поздно придется сознаваться. Гидеон успел изучить Дейнтри Тэррант и мог заранее предугадать ее реакцию — она не потерпит фальши.

Девушка оказалась гораздо красивее, чем представлял себе Гидеон и возбуждала в нем чувства, о существовании которых он даже не догадывался. В кругу офицеров лорда Хилла Деверилл слыл закоренелым холостяком, не отказывающимся, впрочем, от прелестей жизни. Однако до сих пор еще ни одна женщина так не волновала его.

Погруженный в свои мысли, Гидеон мало внимания обращал на дорогу, уверенный, что Тень непременно доставит его домой. Впрочем, к чему торопиться? Гидеон отнюдь не горел желанием встретиться с отцом. Сразу же после демобилизации маркиз потребовал от сына явиться в Глочестершир, в аббатство Жерво. Там они почти не общались, поэтому Гидеон даже обрадовался путешествию в Таттерсол. Совершенно неожиданно отец также объявился в Корнуолле, причем на неделю ранее обещанного.

Очнувшись от своих невеселых раздумий, Гидеон с удивлением обнаружил на горизонте очертания Деверилл-Корт, расположившегося на западном берегу Фауэй-Ривер. Вскоре он уже въехал в высокие железные ворота поместья и по посыпанной гравием дорожке направился к дому