Читаем Он сказал «нет» полностью

Его будущая жена отличалась от остальных девушек, и для него это было и благословением, и проклятием. Его мало волновал скандал, который последовал бы за расторжением помолвки. Граф боялся вовсе не скандала – он боялся остаться без Кэтрин.

Тяжко вздохнув, Грэнби принялся подсчитывать расходы, связанные с предстоящими перестройками в поместье. Следовало привести в порядок егерский дом и конюшни, а также произвести основательный ремонт на кухне. Что же касается комнат, то граф решил, что Кэтрин сама определит, что в них изменить, если у нее, конечно, появится желание что-либо менять в доме.

Внезапно дверь библиотеки отворилась, и Бриггз доложил, что прибыл виконт Ратбоун. Граф сразу же отложил бумаги и приготовился встретить гостя. Минуту спустя в комнату вошел виконт, и Грэнби, поднявшись из-за стола, приветствовал своего лучшего друга.

Ратбоун же улыбнулся и проговорил:

– Заехал узнать, не захочешь ли ты прокатиться со мной в Бат. Если, конечно, у тебя есть настроение немного развлечься...

Грэнби прекрасно знал, что виконт подразумевает под словом «развлечься». Он с улыбкой ответил:

– Я совсем недавно приехал в Фоксли, поэтому мне придется отклонить твое предложение.

– Черт побери! – проворчал Ратбоун, наливая себе бренди. – Ведь здесь, наверное, ужасная скука. А вот в Бате, – продолжал он с ухмылкой, – Рамсбери устраивает веселую вечеринку.

Грэнби отрицательно покачал головой. Уиллард Рамсбери отличался извращенными вкусами, он частенько приглашал в свое родовое поместье шикарных проституток и устраивал там оргии. В отличие от некоторых мужчин Рамсбери не испытывал отвращения к продажным женщинам.

– Ты только представь себе... – Ратбоун уселся в кресло и сделал глоток бренди. – Нортон, представь себе: множество хорошеньких девочек – и все в твоем распоряжении, стоит только сказать. Блондинки, брюнетки – у Рамсбери всегда богатый выбор.

Грэнби снова покачал головой:

– Нет, спасибо, приятель.

– Только не говори, что тебе надоели женщины. – Ратбоун рассмеялся. – Кувыркание в постели продлевает молодость, сам знаешь.

Граф тоже рассмеялся. Налив себе бренди, спросил:

– А как же красавица леди Кендрик? Ты так быстро устал от ее запретных прелестей?

– Месяц в постели с одной и той же женщиной – это слишком утомительно, – пробормотал Ратбоун, пожимая плечами, обтянутыми элегантным сюртуком (портной виконта, безусловно, являлся одним из лучших в Лондоне). Снова пригубив из своего бокала, Ратбоун продолжал: – Если тебя не интересует вечеринка у Рамсбери, то какие еще будут предложения?

Грэнби пристально посмотрел на приятеля и проговорил:

– Я собираюсь жениться.

Виконт молча опустил свой бокал и в изумлении уставился на друга; он смотрел на Грэнби так, словно тот чаявил, что отрекается от титула и уходит в монастырь.

Граф рассмеялся. Именно такой реакции он и ожидал.

Тут виконт наконец-то обрел дар речи и с усмешкой осведомился:

– Жениться, то есть предстать перед алтарем и поклясться хранить верность до гробовой доски?

– Совершенно верно.

Ратбоун осушил свой бокал и тут же снова его наполнил.

– Проклятие! – воскликнул он. – Неужели ты действительно решил жениться? Какая нелепость! И не смей просить, чтобы я стоял рядом с тобой в церкви, потому что я не соглашусь. Не желаю иметь ничего общего с подобными церемониями. У меня живот разболелся, когда я увидел, что Уолтем с улыбкой расставался со своей свободой. Женитьба... – Ратбоуна передернуло, словно он вдруг обнаружил, что в его бокале оказалось не бренди, а касторовое масло. – Меня пробирает дрожь при одной лишь мысли об этом.

Граф молча пожал плечами; он прекрасно понимал, что новость ошеломила виконта.

– Черт побери... – проговорил Ратбоун. – И когда же свершится это знаменательное событие?

– В сентябре, – с невозмутимым видом ответил граф. – Я приглашаю тебя на свадьбу. Морленд будет присутствовать в качестве друга жениха, если тебе эта роль слишком уж не по душе.

– Кто она? – спросил виконт.

– Мисс Кэтрин Хардвик из Уинчкома. Ее отец держит конюшни, и очень хорошие. Я привез с собой двух кобыл. И ты еще увидишь, какой жеребец прибудет вместе с невестой. Он великолепен.

– Звучит так, как будто ты заинтересован в лошадях будущего тестя больше, чем в невесте. Как же вы познакомились?

– Это длинная история, – ответил Грэнби. – Можно сказать, что именно жеребец нас познакомил.

– Жеребец? Лучше расскажи все по порядку. Ты скомпрометировал девчонку, ведь так? И где же это случилось? На сеновале? Нет ничего лучше, чем провести послеобеденное время, кувыркаясь в сене.

– Нет, это случилось не на сеновале. – Грэнби понял, что придется поделиться с другом кое-какими деталями. – Все произошло в спальне, в доме ее отца. Нас застала леди Фелисити Форбс-Хаммонд. И я не скомпрометировал девушку, то есть... не до конца.

Это была не вся правда, но ее вполне хватило, чтобы удовлетворить Ратбоуна. Женитьба, на которую мужчину толкали соображения чести и морали, совершалась против его воли. Следовательно, Грэнби избегал тяжких обвинений со стороны друга.