Читаем Он пришел издалека полностью

— Я свои отдал Хови, — протянул он, выцарапывая на мяче одуванчик с ниппелем вместо серединки. — Хотя он говорил, что ждет новых. Пошли посмотрим. — Он встал и откатил мяч к крыльцу. Мяч ударился о перила и отскочил в кусты. Пол всегда его там прятал.

— Пол! — крикнула нам вслед его мама.

— Да?

— Далеко не уходи. У меня для тебя есть дела.

— Какие? — смиренно спросил он.

— Вынести мусор из подвала. Помочь мне пересадить цветы.

— Обязательно, — пообещал он. — Я вернусь.

По пути к Хови мы прошли еще одну церковь. И здесь была такая же вывеска. «СЕГОДНЯ ЗЕМЛЕ КОНЕЦ!». Больше никогда ничего не добавляли. Хотели, чтобы это отпечаталось в мозгах — не потрогаешь, но всегда помнишь.

Пол мотнул головой на плакат.

— Ты что об этом думаешь?

— Не знаю. — Я отломил прутик с дерева у дороги.

— А ты?

— Вот-вот начнется. — Он взглянул на небо.

— Да, только для нас ли?

На это он не ответил.

— Я думаю, будет ли чистое небо.

— Уже чистое.

— Может, еще облака соберутся.

— Все равно. Это дело расколет небо.

В этом сомнений не было. Никакие облака не помешают.

Мы прошли дальше и разыскали Хови. Хови — негр, он меньше нас и вдвое быстрее бегает. И мячом бьет дальше и точнее всех в команде. Мы с ним водимся, особенно в футбольный сезон.

Он вышел из дому, ступая, как по взбитым сливкам. Но меня этим не одурачишь. Я на тренировках не раз пытался его подловить. В руках он держал модель ракеты на сухом льду. Модель не работала. Мы все перездоровались, и он предложил сыграть, чтобы убить время. Но мы мяч оставили у Пола, так что играть было нечем, и мы пошли в парк.

Мы уселись и стали разговаривать.

— Не знаю, правда ли это, — начал Пол. Мы все прищурились на небо.

— А президент откуда будет смотреть? — спросил я.

— Из Белого Дома у него, наверное, хороший вид.

— Не лучше, чем у нас отсюда, — возразил Хови.

— А из Австралии будет видно? — спросил я.

— По всей земле увидят.

— Из Африки тоже? А у эскимосов?

— Не так важно, увидят или нет. Это случится для всех разом.

Я не понимал, как такое может быть, но спорить настроения не было. Так говорили по телеку, а с ним не поспоришь.

— Для всех, — повторил Хови. — Не только в нашем городке — повсюду. Всюду, где живут люди. И даже где не живет.

— Ты это где-то вычитал, — сказал Пол.

— Еще бы, — согласился Хови. — Ты же сам давал мне комиксы почитать. В них и вычитал.

Потом мы больше молчали. Я все думал про человека, который сделал водородную бомбу. Спорить готов, он чувствовал себя глупо и мерзко, когда взрывал остров. Может, оставь он его на месте, кто-нибудь захотел бы там жить. Наверняка он чувствовал себя низким подлецом, перед таким большим событием.

Мы немножко об этом поговорили, только это все было давно переговорено. Что мы могли сказать нового? Мы все поглядывали в небо, хотя что там было искать, пока не началось?

В конце концов мы разошлись. Делать было нечего. Мы проводили до дому Хови, потом я проводил Пола, попрощался и вернулся к себе. Посмотрел на газон и, недолго думая, взялся его косить. Сам себе удивился.

Было жарко, или это мне казалось жарко. Я зашел в дом поесть. Мама выключила звук у телевизора. Мне все равно было через дверь видно, что показывают на экране. Диктор гримасничал, но что он говорил мне, конечно, было не слышно. Очень забавно он выглядел. Я подумал, что мы все наверно, смешны: разеваем рты, хлопаем глазами, машем руками, а ничего путного из этого не выходит. В смысле, до сих пор не выходило.

— Сиди смирно, — велела мама. — И без тебя обойдутся. Все будет в порядке.

— Ты думаешь? — спросил я. Она что угодно скажет, лишь бы меня успокоить. Не любит, когда я ерзаю.

— Думаю, — сказала она и дала мне карманные деньги. Обычно я их получаю только после ужина. — Почему бы тебе не сбегать в город? Посмотришь оттуда.

— Может, так и сделаю, — ответил я, споласкивая руки над мойкой. — А ты пойдешь?

— Конечно, нет! Что я буду делать в толпе? С тем же успехом можно посмотреть отсюда.

Конечно, можно, но это было бы не то. Все мои знакомые собирались пойти. Я перед выходом переодел рубашку. Взял тряпочку и стер пыль с ботинок. Не то, чтобы я хотел себя занять, или принарядиться, или еще что. Просто мне казалось, что так надо.

На улицах менялась свет и тень, на небе собралось несколько больших облаков.

Одна машина притормозила рядом со мной. Опустилось стекло, ко мне высунулся Джек Гудвин.

— Идешь в город?

— Ага.

— Хочешь, подвезу?

— Ясное дело.

На самом деле я не хотел. Я бы лучше шел пешком и смотрел по сторонам.

Когда я влез в машину, Джек Гудвин ухмыльнулся. У него волосы седые, там, где еще остались. А остальное — лысина. Он осмотрел меня с головы до ног.

— А где кометы на погонах? — серьезно спросил он.

— Никогда не носил, — ответил я. Некоторым кажется, что все, кому нет семнадцати — дети малые.

— А надо бы, — сказал он.

— Может и так, — кивнул я. Надо было идти пешком.