Читаем Око Каина полностью

— Я Том Линкольн. У меня назначена встреча с мисс Кейн.

— Одну минуту, пожалуйста.

Охранник снял телефонную трубку, нажал клавишу и стал ждать ответа телеведущей.

Медленно шли секунды. Томас сунул руки в карманы пиджака и нащупал в одном из них зажигалку, недавно украденную им у Хейзел. Большим пальцем он пару раз нажал на нее и довольно усмехнулся, услышав резкий металлический щелчок, показавшийся громким в небольшом замкнутом пространстве лифта.

Он не занимался карманными кражами долгие годы — фактически с детства, с тех времен, когда он ошивался по тротуарам Санта-Моники с бандой такого же мелкого хулиганья и развлекался, опустошая карманы туристов. Да, гордиться особо нечем. Но он был доволен, обнаружив, что не утратил былых навыков.

— Хорошо, — проскрежетал голос из динамика.

Лифт слегка вздрогнул и снова поехал вверх. Затем мягко остановился. Двери распахнулись.

— Вау!..

Томас присвистнул сквозь зубы. Обстановка на этом этаже не имела ничего общего со всем остальным отелем. За столом напротив лифтов сидел охранник. За его спиной расстилался коридор, на стенах которого поблескивали мини-мониторы. По всей длине коридора из небольших стенных ниш падал приглушенный рассеянный свет.

Томас подошел к столу, чувствуя себя Орфеем, в одиночку спустившимся в Аид. Он подмигнул охраннику и сказал нарочито громко:

— Здравствуйте, я Повелитель Ключей. А вы — Охраняющий Входы?

Охранник застыл, не донеся ручку до разграфленного журнала.

— Простите?

Томас слегка кашлянул.

— «Охотники за привидениями». Рик Моранис, Сигурни Уивер… Вы разве не видели этот фильм?

— Номер Хейзел Кейн справа по коридору, за поворотом. Положите удостоверение личности на стол. Заберете его, когда будете уходить. Весь этаж принадлежит телеканалу. Не стучите в другие двери, не останавливайтесь по дороге. Не заговаривайте ни с кем. — Охранник слегка постучал ручкой по монитору. — Я за вами наблюдаю.

Он говорил медленно и отчетливо, словно обращался к умственно отсталому.

— Вы хорошо все поняли?

Томас пожал плечами. Охранник слегка подтолкнул к нему регистрационный журнал.

— Распишитесь вот здесь.

Томас выполнил это распоряжение и двинулся по коридору. Его кожаные ботинки тонули в мягком ковре. В стенных нишах были фотографии знаменитостей, у которых брала интервью Хейзел Кейн. Он узнал Билла Клинтона — на больничной кровати, очевидно, после перенесенной операции на сердце. Пэрис Хилтон в каком-то телешоу… Американские солдаты на танке посреди иракской деревни…

Дойдя до поворота, он повернул направо, в тупиковый боковой коридор. В центральной башне «Бонавантюр» были только обычные номера люкс. Томас с легкой долей зависти представлял себе роскошь, скрывавшуюся позади каждой из этих дверей. Наконец он подошел к двери Хейзел, поправил пиджак и коротко постучал.

Никакого ответа.

— Хейзел?

Ничего.

Он прислушался. Издалека доносились голоса. Один был мужской, и в нем звучал гнев. В другом, женском, слышались нотки иронии.

Томас потеребил мочку уха. Явиться в разгар выяснения отношений — только этого не хватало. Но, с другой стороны, ему было назначено именно это время, так что…

Снова послышались те же самые голоса.

— Ладно, — тихо проворчал он. — Я тут ни при чем.

Дверь слегка приоткрылась от порыва сквозняка.

Оказывается, она не была заперта. Томас заколебался.

Потом все же вошел.

Он невольно вздрогнул, оказавшись в темном холле. Потом толкнул другую дверь и вошел в гостиную. Обстановка была совершенной в своем благородном минимализме: плексигласовый стол, плоское прямоугольное канапе, красный цветок лотоса на низком столике, белые плиты пола.

Что-то между «Филипп Старк» и центром управления полетами, подумал Томас.

Он сделал несколько шагов и заметил некоторые признаки постоянной занятости хозяйки: папки, аккуратно расставленные на стеллажах, компьютер (три монитора, скажите, пожалуйста!) и бар в стиле хай-тек, встроенный в прозрачную колонну. К потолку был подвешен стеклянный футляр, в который вложен японский меч.

— Вон отсюда!

От неожиданности Томас чуть не подскочил. Но в следующий момент понял, что эти слова обращены не к нему.

— Вы уволены, — спокойно добавил голос Хейзел Кейн.

— Вы не посмеете! — угрожающе произнес мужской голос.

— Отчего же. Еще как посмею.

И почти сразу же этот разговор в точности повторился, что лишь подтвердило догадку, уже промелькнувшую в уме Томаса это всего лишь запись.

Он пересек гостиную и подошел к двери в смежную комнату.

— Я день и ночь убивался ради вашей гребаной передачи!

— Вы зашли слишком далеко. Я не могу подвергать участников опасности.

— Черт возьми, Хейзел! Я… я обещаю вам, что вы об этом пожалеете!

Голос ведущей стал острым, как японский меч в ее гостиной.

— Единственное, о чем я сожалею, друг мой, — так это о том, что мне пришлось работать с вами. Даю вам десять секунд, чтобы убраться отсюда. В противном случае я сниму трубку вот этого телефона, и будьте уверены, у вас появятся большие неприятности.

Томас толкнул дверь. Хейзел Кейн с бокалом вина в руке сидела перед большим экраном. На коленях у нее лежал пульт.

— Я ждала вас, — сказала ведущая.