Читаем Окно в Европу полностью

Раздавшийся грохот чуть не сделал из меня заику. Причем пожизненно. Недруги и соперницы одинаково вздрогнули и испуганно вжались: одна – в диван, другая – в кресло. Причина грохота, ругаясь на отечественную мебель, а заодно на идиотов, ее приобретающих, опираясь на чайник, тяжело поднималась с пола. Несчастный случай! Под Наташкой разъехались ножки старого стула, и она шлепнулась на паркетный пол, припечатав рядышком чайник. Дался он ей!

– Зачем вы взяли этот стул? Он принадлежит Барсику! – гневно выдала Тамара Васильевна.

– Совсем распоясалась в чужом доме! – поддержала ее Зинаида. – Верни чайник на место!

– Ваш Барсик сам стул и доломал! Чуть меньше меня весом! – огрызнулась Наташка, отмахиваясь от обвинений чайником и не обращая внимания на требование по его поводу. Наверное, с ним подруга чувствовала себя в относительной безопасности. Чайник давно остыл – чем не холодное оружие? – Продолжай, Иришка. Слушать тебя одно удовольствие! – Дамы, одинаково поджав губы, молчали. Наташка поставила чайник на пол и кое-как соединила стул. Потом подхватила его и, обняв двумя руками, на цыпочках подошла к уголку дивана и села.

– Реклама права. Имидж – ничто! А ноги устали, – решила я и принесла себе из кухни табуретку. Уселась и, постаравшись сосредоточиться, с трудом вспомнила, на чем остановилась. – Словом, Владимир заманивает Викторию в строящийся загородный дом Андрея…

– Никуда он ее не заманивал! – поправила меня Зинаида. – Достаточно было Володеньке с ней познакомиться, как она вцепилась в него, как кошка. Сама пожаловалась на брата, строго ограничивающего ее в деньгах. А потом, после того как он свалился с подоконника и загремел в больницу, она вообще была уверена, что долгое время ни копейки не получит. Володя сделал вид, что не поверил – откуда, мол, у брата могут быть большие деньги? Девка сначала схитрила и ни словом не обмолвилась о наследстве. Просто предложила съездить и посмотреть коттедж, который отгрохал простой ветеринар. Вот они и поехали поздно вечером. Наверное, у нее и свои ключи были, войти в дом удалось…

«Ну как же! – усмехнулась я про себя. – Наслышаны об истории с ключами. Чудом прораб с напарником выжили». – Но вслух ничего не сказала – не стоило перебивать рассказчицу.

– Вот там эта Виктория и пристала к Володе: брат богатый человек, но не жилец, помоги решить вопрос с бедной вдовой – им вдвоем и на том свете хорошо будет. Зачем ей одной на этом маяться? А дочь вдовы можно заставить отказаться от наследства. Зачем девчонке такие деньги? Лучше их поровну поделить между собой. Вот Володя не выдержал и двинул стерве за такие речи. Только плохо рассчитал силу удара. Или голова у нее слабая оказалась… Так что не надо из нее великомученицу делать!

В рассуждениях Зинаиды Львовны логикой не пахло. Если Виктория была стервой, поскольку замышляла убийство, то Володенька стервецом не был. Впрочем, он ведь случайно убил девицу. Просто слегка проучить хотел – ломиком по непутевой головушке. Да и Андрея убивать не планировал – так, несчастный случай.

Единственно, кому сейчас было по-настоящему плохо, так это Тамаре Васильевне. На нее невозможно стало смотреть. Нервно потирая руки, она смотрела на них напряженным взглядом и что-то непрерывно бормотала, перемежая это с глухими, прерывающими рыданиями. Следовало возродить ее к жизни, переключив внимание с деятельности сына на Зинаиду Львовну – объект застарелой ненависти. И я заговорила умышленно громко:

– Да ладно вам о Владимире! Лучше расскажите, как вы в погоне за жизнью Андрея навсегда успокоили человека, не имеющего никакого отношения к этой истории.

– С чего это ты взяла? – Зинаида Львовна фыркнула и натянула на лицо маску презрения.

– Очередной фоторобот, – мигом соврала я. В конце концов, гримерше можно ломать комедию, а мне нет? – Вашу личность, несмотря на искусно наложенный грим, многие узнали. Мы – в последнюю очередь. Кстати, вы на свой страх и риск оказали Владимиру плохую услугу. Он никогда бы так опрометчиво не поступил. А вы пошли напролом. Попытка избавиться от Андрея с помощью медицинского шприца совсем не тянула на несчастный случай. Торопились? Или рассчитывали ввести следствие в заблуждение в отношении круга подозреваемых? – Зинаида Львовна смотрела на меня с интересом, но молчала. – У вас железные нервы! – сделала я ей сомнительный комплимент. – Запросто отправили на тот свет человека! Да еще постороннего.

Зинаида Львовна усмехнулась:

– Ну и что?

– Как это – что? – растерялась я.

– Дальше что, я имею в виду? Произошла досадная ошибка. Но старик не мучился. Просто уснул и не проснулся. Я не садистка. Не следовало перетаскивать Синельникова из больницы в больницу. Все равно он погиб. Кстати, от несчастного случая. Это судьба! При транспортировке в очередной отстойник перевозившая его «скорая» столкнулась с грузовиком. Больной погиб, не приходя в сознание. А водитель грузовика, можете себе представить? Скрылся с места происшествия в неизвестном направлении. – Она посмотрела на наши с Наташкой физиономии. – Что-то не похоже, чтобы вы очень переживали…