Читаем Ограда полностью

Робкое, нежное, светлое, смотрит раскрытыми глазками,Новью рожденное, тайной спаленное, женское.В нем отражается, в нем зарождается, с песнями, с ласкамиВсе необычное, все гармоничное, все безгранично вселенское.Ропотно-дерзкое, властное, сдвинуло брови сурово,Давностью взрощено, былью упрощено, в гнете покояТягостно спящее, злобно шипящее: «Рвутся покровы, –Я – неизменное, старше вселенной я», – это – надменно мужское.Здесь, на прямом и едином пути,В вечность вонзившем свои острия,Верим: дано, суждено нам найтиЦельное, личное, трижды-единое «я».

Он

Предназначенного людямОн ни чем не изменил;То чем были, то чем будем,Он собой объединил.И пока все гуще, гущеЗарастал бестропный лес, –Он, единый, присносущий,Меж сплетенья не исчез.К трепетанью на болотеВызвал жуткие огни,И в закатной позолотеЛег на сумрачные пни.Меж побегов и наростовЖизни тучной, молодойОн казал огромный остов,Ветхий, страшный и худой.В час, когда вонзали совыВ гулкий воздух зычный крик, –Кутал в плотные покровыЗаповеданный свой лик.И когда к глухой опушкеСмертный путь привел косца, –Подал окликом кукушкиВесть о близости конца.Пир торжественный он справилВ треске лопнувших суков,В день, как небо окровавилБой огнистых языков.И расплавившись шипелаДымножелтая смола,И от пламенного телеТень безмерная легла.А когда земля окрепла,Знойный выдержав пожар, –Он остался в слое пепла,Неизбежный перегар.

Дома

Домов обтесанный гранитЛюдских преданий не хранит.На нем иные существаСвои оставили слова.В часы, когда снует толпа,Их речь невнятная слепа,И в повесть ветхих кирпичейНе проникает взор ничей.Но в сутках есть ужасный час,Когда иное видит глаз.Тогда на улице мертво.Вот дом. Ты смотришь на него –И вдруг он вспыхнет, озарен,И ты проникнешь: это – он!Застынет шаг, займется дух.Но миг еще – и он потух.Перед тобою прежний дом,И было ль – верится с трудом.Но если там же, в тот же час,Твой ляжет путь еще хоть раз, –Ты в лихорадке. Снова ждешьТобой испытанную дрожь.

Двойник

Опять на улице на мигЯ этим был охвачен;Я к тайне вновь душой приник,Я в тайну вновь душой проник, –И вновь был озадачен…Что совершает мой двойникТот путь, что мне назначен.Вначале я оцепенел,В безумие повержен;И я вневременным пьянел,Далеко выйдя за предел,Ничем земным не сдержан, –Но тупо мой двойник гляделИ даже был рассержен.Он продолжал идти и петь,Размахивая тростью;И он готовил злую плеть,Чтоб с нею легче одолетьНепрошенную гостью;– И я, войдя в земную клеть,Стал плотью, кровью, костью.

Смущение

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия