Читаем Огонь и сталь (СИ) полностью

- Поганые Братья Бури, - презрительно бросил кузнец, потемневшими от гнева глазами глядя на сборы солдат. Его супруга успокаивающе положила ладонь ему на плечо, но норд лишь тряхнул головой, запуская пальцы в свою косматую бороду. - Что б они все там полегли, ироды! – он сплюнул сквозь зубы прямо под ноги проходящей мимо владелице лесопилки. Статная светловолосая женщина полоснула по нему гневным взглядом, но не произнесла ни слова. А ведь до войны, наверное, и в гости ходили, и поболтать могли, мужья за кружечкой меда в таверне посидеть могли. Вилкас спешно направился к таверне. Долго не было его в Вайтране. Интересно, что там сейчас творится? Паренек ярла все так же чудит? Серые Гривы и Сыны Битвы все так же скалятся друг на друга? Не нападала ли Серебряная Рука? Юноше не терпелось рассказать брату о том, что когда он проходил мимо Айварстеда, видел, как у Глотки Мира парил дракон. Фаркас дивится на этих созданий, все обещает пойти в горы «заломать тварюгу проклятущую», но, слава Акатошу, пока удалось его отговорить. Но близнец уперт как стадо мамонтов, глаз да глаз за ним нужен. Эх, нашел бы он себе хорошую девушку, которая заставила бы позабыть его все эти бредни. Невольно Вилкасу вспомнилась Сульга, губы Соратника тронула улыбка. Красивая, добрая… не то, что некоторые. Юноша потер шею, пальцы коснулись тонкого кожаного шнурка, на котором болталась резной костяной шарик. Вот зачем она ему? Норд тогда порвал браслет, подаренный ему босмеркой, с мрачным, даже злобным, удовольствием, но при виде бусин, рассыпавшихся по земле, сердце словно в тисках сдавило. Так обидно и горько стало, что дышать было больно, да и Сульга смотрела с такой печалью… а Тинтур о нем уже, наверное, и думать забыла. С Темным Братством сейчас, охотится на несчастных под полной луной. А вдруг образумилась и в Вайтран вернулась? Да глупости это. Из Темного Братства не уйти просто так. Только вперед ногами.

В трактире было пусто, тишина рассыпалась лишь от жужжания мух и ленивых переливов лютни. Бард, вальяжно развалившийся на стуле, небрежно перебирал серебристые струны, мурлыча себе под нос незатейливый мотивчик. Заслышав скрип отворившейся двери, он поднял глаза. При виде Вилкаса смазливый светловолосый парень улыбнулся криво, но с хитринкой.

- Приветствую, сударь. Не желаете ли песни? О любви и страдании… - он прерывисто вздохнул, его пальцы скользнули по грифу лютни с нескрываемой лаской, синие глаза затуманились. Соратник не сдержал циничной ухмылки. Только гляньте на него, из его селения на войну парней забирают, а музыкантишка сидит и вздыхает по какой-то девице!

- Нет. В моей жизни и любви, и страданий вдоволь, - обронил воин холодно, направляясь к барной стойке, за которой местный повар споро разделывал мясо. Услышав запах крови, свежей крольчатины, Вилкас облизнулся, в груди низко заклокотал рык. Захотелось мяса, чуть подрумяненного на огне, а внутри розового, сочного! Вот Сульга не умела так готовить, все проварит, пропарит и только тогда к столу подаст. Вкусно, спору нет, что нет в кушанье той пряности, той терпкой сладости… северянин сглотнул, провел языком по вмиг пересохшим губам.

***

- Ты что, сырым есть будешь? – недоуменно протянул юноша, глядя, как эльфка аккуратно вырезает оленью печенку. По ее пальцам струилась кровь, блеск лезвия практически полностью скрылся под темно-багровой жижей. - Ты настолько голодна? У меня еще остался хлеб и немного орехов.

- Много ты понимаешь, - Тинтур тряхнула головой, откидывая со лба локоны, выбившиеся из-под банданы, - это же свежатина, теплая еще. А ты поди только на охоте сырым балуешься? – он тихо хихикнула. Вилкас нервно передернул плечами, угрюмо наблюдая, как она отсекает кинжалом кусочки печени, дымящейся на прохладном утреннем воздухе. Листва и трава были покрыты тонким слоем инея, хрустели под шагами охотников. Босмерка аккуратно взяла кусочек мяса зубами, чуть запрокинула голову, закидывая его себе в рот, но несколько капель крови все равно попали ей на нижнюю губу. Девушка нетерпеливо сняла их кончиком языка и, ощутив пристальный взгляд воина, повернула голову. Серые глаза юноши чуть потемнели, дышал он коротко и рвано.

- Знаешь, может, это во мне говорит сейчас звериная кровь, - задумчиво протянул он, - но дай мне попробовать. Пожалуйста.