Читаем Огни Камелота (СИ) полностью

- Потому что сейчас вспомнишь, где находятся мозги, и подумаешь, что будет, если союзная армия не остановит заморских захватчиков, – живо и требовательно заговорил Гриффиндор, смотря на друга. – Они прорвутся сюда, и тебе придется жить не в теплом гнездышке, а под властью варваров. – Слизерин буравил его взглядом, пока рыцарь не состроил смешливо-жалобную моську и не сказал: – А еще в союзной армии буду я.

Несколько секунд тишины, обреченной на поражение.

- Ладно, – сдался Слизерин, опуская скрещенные на груди руки и поворачиваясь к Эмрису. – Что нужно делать?

Мерлин торопливо раздал всем листки, на которые сам переписал слова заклятья.

- В принципе, разницы особой нету, но если мы произнесем его хором, то сила заклятья будет мощнее. Еще во время чтения вы должны представить себе тех, кого хотите защитить.

- М-м, Мерлин? – робко позвала Пуффендуй. – А как нам представить тех, кого мы даже не знаем? Ладно еще наши рыцари, но армии союзников...

- Тот же вопрос, – присоединился Салазар. – Я даже “наших” рыцарей далеко не всех знаю.

- На этот счет в книге есть ответ, – ответил из-за стола Гаюс. – Если субъектов заклинания много, вы должны думать не о них, а об общей ассоциации. Назовите их каким-нибудь одним словом и думайте о нем во время чтения.

- Воины, – подумав, сказала Пенелопа.

- Товарищи, – добавил Годрик.

- Идиоты, – невозмутимо вставил Салазар.

- Итак, – напряженно произнес Мерлин, поднося к себе листок. – Начинаем...

- Я, конечно, положила побольше, но в пути лишней еды не бывает. И у тебя была дырка на стеганке, я ее зашила, как ты ее не замечал? Она уже так разрослась, что было похожа на чудовище, которое даже способно кусаться. Ты не забыл флягу с водой? А портупею? Я слышала, один рыцарь, когда забыл в бой портупею, был вынужден бросать меч в перерывах между битвой, и его застали врасплох безоружным, и он...

- И он стал отбиваться походной скамейкой, в итоге выйдя из боя почти невредимым, повалив четырех врагов, – усмехнувшись, вставил Годрик, закончив укладывать седельную сумку и облокотившись о круп лошади, повернувшись лицом к девушке.

Пенелопа смешалась. Опустила голову, теребя юбку.

- Я слышала другое...

- Байки рыцарей слушать – только лапшу себе на уши вешать, – весело ответил маг. – А то был сэр Озанна, с ним вечно случаются всякие истории.

Он, улыбаясь, смотрел на мявшуюся от волнения девушку и чувствовал, как разливается тепло в груди. Это тепло имело мало общего с магией. Просто перед ним было существо, которое будет ждать его с войны. Просто перед ним была женщина, которой он не безразличен, которая будет за него переживать и которая будет вышагивать на крыльце, когда он вернется. Если вернется. Конечно, у него была мать и были друзья...но это было совершенно иное. Что-то до безумия прекрасное, доброе, смелое. Что-то, куда хотелось возвращаться и заворачиваться в это, как в одеяло.

- Ну, пожелай мне удачи, что ли.

Пенелопа помялась...а потом, будто подхваченная ветром, просто молча порывисто обняла его, обхватив руками шею и зарывшись рыжей макушкой куда-то в плечо. Годрик пошатнулся от резкого движения, потом наклонился, чтобы было удобнее, и обвил руками пухлую талию, прижимая к себе. От Пенелопы сегодня пахло выпечкой.

- Я верну-усь, – тая от блаженства, прошептал Гриффиндор, пряча широкую улыбку в медных локонах.

Когда они расцепили объятья, Пен быстро стерла пальчиками влагу с щек.

- Я буду молиться об этом. И... – она вдруг полезла в карманы фартука, который забыла снять, порылась там и вытянула что-то красное. Когда мужчина понял, что это, карие глаза его зажглись какой-то необыкновенной улыбкой. В руках девушки развернулся красивый, вышитый, обрамленный золотистой бахромой шарф. Где-то в середине грациозно вставал лев. Пуффендуй скромно пожала плечами. – Это чтобы отличать от стягов Камелота. Мне, кроме льва, больше ничего не пришло в голову. Разве что только кот, нализавшийся валерианы.

Годрик расхохотался, взлохматив волосы.

- Ну, спасибо, что все-таки выбрала льва.

Он протянул ей левую руку, и все в нем волнующе трепетало от ее прикосновений, пока Пенелопа повязывала шарф поверх кольчуги.

- Конечно, мы с тобой не дворяне, чтобы баловаться подобным... – задумчиво проговорила она. – Но...

- К черту дворян.

Девушка покраснела.

- Да, что-то вроде этого.

Когда она закончила, Годрик протянул меж пальцев в перчатке алые хвосты шарфа.

- Что ж, теперь я могу быть спокоен за свою жизнь. Враги целят в грудь...а мое сердце повязано на рукаве. (1)

На щеках, усыпанных веснушками, заиграли ямочки – Пен улыбнулась.

Гриффиндор мягко положил ладонь на ее шею, подняв большим пальцем подбородок, и запечатлел на ее губах тягучий, сладостный поцелуй.

Зрелище было ужасающим.