Читаем Огненная чайка (СИ) полностью

И каждое его слово — новый кусок, откалывающийся от сердца.

— С такими темпами это я разобью сердце, а не твоя суженная, — смеялась я.

Даже Ворон не был в состоянии уловить всю ту боль, скрытой в этом смехе. Но то была не его вина — тьма застилала его. И сейчас. И будет, пока за него не умрёт девочка-весна.

— Вот так. Молодец. А теперь идём ещё дальше.

— Девочки, я купила абонемент в бассейн!

Капитан клуба болельщиц, которая тогда была простой ученицей с нелепыми хвостиками, по имени Луиза, махала какой-то бумажкой.

— Здорово, — сказала Кларисса, — Я тоже хочу плавать. Но у меня нет денег.

— Будем на озере купаться, — предложила я, — Бассейны — для буржуев. А мы — простые девчонки, будем плескаться в мусоре.

— Да ладно вам, — махнула рукой Луиза, — Там не так уж и дорого. Тем более, скидки действуют до конца мая.

Она облокотилась о свой шкафчик. Мы с Клариссой стояли перед ней. Рядом молчала Сандра, которая впоследствии станет девушкой Марка и одной из элиты школы. А пока она была забитой девочкой, которая считалась психом из-за того, что избила свою подругу.

Мимо нас прошла футбольная команда и облила нас краской. Все вокруг заржали.

— Как смешно, просто не могу, — сказала Кларисса, вытирая стёкла очков, — Вас столь искромётному юмору Карлин научил?

— Че ты там вякнула? — приблизился к ней один из футболистов.

Луиза принялась реветь во весь голос, Сандра дала ей платок. Я подошла к стоящему перед Клариссой и принялась обмазывать его краской со своих рук. Ему это не понравилось и он уже был готов ударить меня, как тут между нами встрял Марк.

— Финн, братишка, успокойся, — сказал он примирительным тоном, — Не надо тратить на них время. Мы же собрались пойти к девочкам, забыл?

Команда ушла. Перед тем, как присоединиться к ним, он дал Луизе влажную салфетку и подмигнул. Луиза выронила платок Сандры и проводила Марка влюблённым взглядом. Марк её не один раз защищал от нападок своих приятелей и благодаря этому его почитательницы иногда приглашали её погулять с ними. Кларисса говорила, что не очень-то верит, что Луиза перестанет быть изгоем. Говорит, что легче проглотить лампочку, чем изгою реабилитироваться в школе.

— Значит, тень пролегла между вами уже тогда? Марк — яблоко раздора?

Потом она распустила хвосты, выпрямила волосы и надела форму болельщицы. Кларисса сразу всё смекнула и прекратила всякие отношения с ней. Сандра её невзлюбила, но продолжала общаться, потому что, по её словам, ей было слишком лень с кем-либо ссориться. Особенно с такой, как Луиза.

Луиза ходила по коридору, как королева. Чулки на фоне смуглой кожи, черные глаза, прямой нос, свидетельствующий об индейских корнях. А я думала, что она всё та же плаксивая Луиза со смешными хвостиками. Я подбегала к ней, что-то рассказывая, на она смотрела на меня со снисходительной усмешкой. А потом всё рассказывала подругам в прокуренном туалете, и они смеялись. А я сидела в кабинке, не смея и шевельнуться, боясь, что они заметят меня и набросятся коршунами. И Луиза заливисто смеялась, как с нами когда-то. Тоже перевёртыш. Ненавижу их. Наши «спортсмены» тем и хороши, что не скрывают своей гнусной натуры.

— Просто чем ближе ты стоишь к человеку, тем легче вонзить в него нож.

— И всё равно я буду обжигаться вновь и вновь. Лучше, чем отрастить панцирь и признать своё поражение.

— У неё опять был приступ, прямо посреди урока!

— Серьёзно? Сколько можно уже?!

— На меня пена попала, мерзость!

— Почему её не перевели в коррекционный класс?! Мне уже надоело, что над ней все трясутся, как над королевой какой-то!

— А ты помнишь, как она к Лесли лезла, типа не ходить на ту вечеринку?! Типа, предчувствие!

— Че, в гадалки подалась?

— Кларисса рассказывала, что она её всякие глупости делать заставляла.

— О да! Я когда ходила с ними, каждый раз обалдевала от её тупых идей. Какие-то тупые пляски под дождем, кто о чем думал в пять утра…

— А если я думала о том, что хочу посрать? Ха-ха-ха!

— Возвышенно! Экцентрично! Феноменально! Браво, Лесли, у тебя такая утонченная натура!

Пока я затыкала уши, чтобы не слышать эти голоса, Ворон пришел в себя и отодвинулся от меня, виновато потупив глаза. Что-то говорил, но я не слышала.

— Прогони их! — кричала я, катаясь по земле, — Ворон! Убери их! Что ты наделал?!

Чьё-то лицо нависло надо мной. Мягкие кудри коснулись лица. Зелёные глаза насмешливо глядели.

— Сейчас! — пробился сквозь шум звонкий голосок.

И тут же всё стихло. От Поступи пахло мятой, и я готова была целовать ей ноги, но ограничилась простой благодарностью.

— Извини меня, Буревестник, — пробормотал Ворон, — Я не могу это контролировать. Оно сильнее меня.

— Всё хорошо, — сказала Поступь.

— И почему я этому верю? — улыбнулся он.

У меня был тот же вопрос.

====== Белые сказки ======

Был август, время, когда Элли стояла перед выбором. Август, предвещающий долгую зиму.

Мы с Элли сидели на садовой скамейке. Она проваливалась под тяжестью моего тела, почти касаясь земли. Вокруг трещали цикады так громко, что их приходилось перекрикивать. Элли ела мороженное, которое Ромео принесли родители и он отдал ей его.