Я поднялся и пошёл в ванную комнатушку. И пока делал вид, что не могу нащупать ручку двери, успел затолкать «жучок» в щель между косяком и стеной, на самом верху дверного проёма. «Если он свяжется с ней, то не через смарт, — подумал я проницательно. — Недаром она купила этого Ер-2, ведь он тоже умеет выходить на спутники связи. Только бы питание не сдохло раньше времени».

Я вышел из туалета и стал одеваться.

— Егор-сан, — сказала гангуро. — Я видела в новостях, что ты тоже был ночью в зоопарке. Что ты там делал? Ты встретил Давида?

— Полиция меня об этом спрашивала, — подумав, ответил я. — Если я открою тебе секрет, ты никому не скажешь? — Она распахнула глаза и прижала ладонь ко рту. — Он же мой учитель, понимаешь? Между нами установилась невидимая энергетическая связь. Давид очень волновался, когда совершал это преступление, и это его волнение передалось мне через параллельный мир. Глупо звучит, правда? В полиции мне тоже не поверили, когда я им хотел про незримую связь поведать… Посоветовали к доктору обратиться.

Торико глядела на меня выпученными глазами, но не смеялась. Наверное, нагваль её и не к такому приучил.

— Я пошёл на его внутренний зов, а потом… Словно тьма обрушилась мне на разум. Я ничего не помню. Может быть, Давид испытал сильное потрясение?

— Ну? — выдохнула она.

— Всё пропало. Как будто Давид вообще исчез из мира живых. Вот теперь ты знаешь, почему я беспокоюсь о нём. Только ты не говори ему обо мне, если он вдруг позвонит, ёси? Это может стать для него ударом. Ведь он мой учитель и несёт за меня ответственность перед космосом. А тут взял и скрылся. Он станет мучиться угрызениями и потеряет бдительность, угодит в лапы полиции.

— Хай, хай! — горячо закивала Торико. — Обещаю.

Не знаю, поверила она в мои бредни или просто притворилась. Надеюсь, поверила. С виду она не такая умная девчонка, как Аоки или Тайша. Не говоря уж об Урсуле. Хотя гуманитарными технологиями занимается… Так же, наверное, как и я — генетикой. Я поглядел на своё отражение в лифтовом зеркале и покачал головой. Ну надо же! И как у меня мозги не закипели, когда я эту гаракуту про связь молол? Откуда вообще она у меня в голове так быстро возникла, с моим-то замедленным мышлением?

«В другой раз заранее готовься к таким вопросам», — указал я своему отражению.

21. Воскресенье

Утром я перекусил заморозкой и поехал к родителям. Не особо мне хотелось на них смотреть после всего, что я узнал от матери о «тайне» своего рождения. Но она позвонила вечером и очень просила приехать. Уж не знаю зачем. Пришлось согласиться…

В придорожном автомате я купил недорогую водку на тридиоле. Старикам в самый раз — от обычной «Русской» не отличишь, зато ни похмелья тебе, ни прочих радостей. И мне, когда я на байке, лучше пить что-то подобное.

Мать сегодня расщедрилась и приготовила сугияки. Вытащила из кладовки хибати, нарезала мяса, овощей и пожарила всю эту кучу. Даже психоделических грибов, кажется, немного постругала. Я только надеялся, что не самых дешёвых. Предки от тридиола отказались, пили вино из кедровых орехов. Папаша, как всегда, таращился в голик и призывал нас заняться тем же самым.

— Ты больше не сердишься, Егор-кун? — спросила мать и вздохнула. Она сидела на стуле перед хибати какая-то скукоженная и почти не говорила.

— Даже не думал, — сказал я. — Так получилось. Это ведь ваша жизнь.

— Я всё-таки очень волнуюсь за Генки. — Она заметно приободрилась. — Как он?

— Не знаю, сидит всё время в халупе и не показывается. Даже камеру в сторону отвернул. Шимпанзе вроде нормальная, выходит погулять.

Мать в досаде махнула рукой и принялась опять твердить, что мне надо заняться поисками Давида, а то полиции на это дело плевать. Тут я не был с ней согласен, но спорить не стал. Стариков сроду ни в чем не убедишь, такая у них натура. Потом меня папаша терзал — подозвал к себе и горячо требовал экстази, пока мать посуду в машину кидала. Пришлось отделаться апоморфином.

— Я тут отличный сюжет про одного безумного дока поглядел, — похвалился оядзи. — Скупает органы у чёрнопаспортных, чтобы после их смерти сверхчеловека слепить. Ты тоже можешь себя продать.

— Я ещё сам себе нужен.

— Ну смотри. Я же не прямо сейчас тебе предлагаю, а потом… Прославишься! — Кажется, папаша совсем выжил из ума. — Значит, у этого парня будет четыре сердца и два лишних ребра. И всё такое, самое лучшее. Эй, Мария! Давай с тобой в одного сверхчеловека объединимся?

— Бака, — проворчала та. — Хоть после смерти от тебя избавлюсь.

— А у меня полёты духа были, — поделился оядзи с гордостью, глядя на меня блестящим взором. — Сегодня ночью! Мне показалось, что я покинул своё тело. Раньше не верил, а теперь…

— Ну что ты гонишь опять? — возмутилась офукуро. — Полёты у него. Видел же в прошлом месяце передачу, там прямо доктор сказал, что это говорит об отказе угловой извилины. Да у тебя уже не только угловая, все перепутались.

— Вот-вот. Давно говорю, давай заменим мёртвые участки в мозгах на чипы, а ты всё ворчишь.

— Что ещё за чипы? Которые электронным зверькам ставят, что ли?