Читаем Одна религия стоит другой? полностью

— Последний вопрос. Вас интересует диалог на интернациональном уровне. Но мы, здесь, в Италии, в католической среде или в кругу безразличных и атеистов, что мы можем сделать для межрелигиозного диалога?

Я думаю, что в Италии тоже необходимо вести межрелигиозный диалог и для этого есть место. Потому что диалог — это позиция, основанная на уважении ко всем людям, к их способу переживать или не переживать собственную веру, стараясь выбрать из другой веры то, что является положительным, и в то же время — это сравнение вер друг с другом и очищение и углубление своей собственной веры. Следовательно, и для нас существует необходимость диалога между различными группами христиан и по отношению к не христианам.

Здесь мы тоже находимся в положении религиозного плюрализма: не все являются католиками, существует много иммигрантов других религий, религиозных течений различных типов и традиций. Отношение к этим людям не должно быть основано на осуждении, а на необходимости понимания; также и потому, что эти новые секты или религии распространяются и в нашей стране. Может быть, они указывают на то, что определенные ценности в нашем религиозном опыте потускнели, или что образ жизни христианства не удовлетворяет всем потребностям: необходимо идти навстречу людям, а не ждать их в церкви.

Межрелигиозный диалог между людьми, кто живет и мыслит по-иному может быть стимулом для индивидуального роста и для того, чтобы лучше жить по-христиански.

До сих пор мы говорили о религиях, о диалоге, но не подошли к самому главному вопросу. Христианство — это одна из многих религий в мире или завершение всех их? Христос — один из великих пророков человечества или "нет другого, которым надлежало бы нам спастись?" (Деян. 4.12).

Один студент лицея пишет: "Зачем продолжать считать христианство всемирной религией, подходящей к каждой культуре? Зачем называть Христа: "Путем, Истиной и Жизнью" о чем следует объявить всем? Пусть каждая религия довольствуется своей долей истины, не претендуя на обращение других, не ведя священных войн и не подстрекая к ненависти и фанатизму".

Даже Ганди, в сущности, думал примерно так же: "Религии — это всего лишь различные воплощения единственной Истины. Дерево одно, но со многими ветвями". И еще: "Я верю в Библию так же, как верю в Гиту, великую священную книгу индуизма. Я считаю все великие вероисповедания столь же истинными, как и мое".

Равным образом Рамакришна, индусский мудрец прошлого века, утверждал: "Я практиковал все религии: индуизм, христианство, я исходил тропами многих индуистских сект... Я открыл, что все их шаги направлены к одному и тому же Богу, пусть разными дорогами. Но люди спорят из-за религии. Это нелепо! Сущность едина, она лишь выражена различными определениями, и каждый из нас стремится к одной и той же субстанции. Ничего не меняется, за исключением климата, характера и имени. Пусть каждый человек идет своей дорогой".

Неоспорима привлекательность подобных утверждений для нашего мышления. Конечно, уважение к другим религиям — это великая ценность, потому что в центре каждой — тайна Божия, но если мы поглубже вникнем в слова, мы заметим, что за ними скрывается также немалая двусмысленность. Неправда, что все религии одинаковы и что всё одинаково убедительны и истинны.

Восхищаясь глубоким религиозным и общечеловеческим чувством, которое лежало в основе учения Ганди и Рамакришны, в их утверждениях тем не менее, заложена та же основная двусмысленность, которая лежит в основе культурного релятивизма, то есть теории, провозглашающей уважение ко всем культурам и отрицающей какое бы то ни было вмешательство и оценку ценностей. Таким образом, во имя пристрастной, или по меньшей мере, спорной концепции уважения, выравнивается религиозный опыт всех религий; но забывается что если на самом деле всякая религия — убедительна, то есть достойна уважения, почитания и познания, это вовсе не означает, что все религии одинаково истинны.