Читаем Одинокое дерево полностью

Симос был рад, что все домашние ушли с самого утра: не хотел, чтобы они с ним столкнулись и начали задавать вопросы; боялся, что сразу всё поймут. Особенно прабабушка. От нее он никогда ничего не мог скрыть.

– А ну-ка посмотри мне в глаза, – говорила она, и ноги Симоса подкашивались. Он чувствовал, что маленькая бабушка видит все – даже то, что он сам еще толком не успел понять.

Но в кухне, когда он украдкой бросил туда взгляд, никого не было. Он зашел, глотнул чая, который даже еще не остыл. Взял сухарик и обмакнул в мед.

Итак, сегодня великий день. Конец вранью. Всю ночь он видел кошмары про Какоператос. В какой-то момент он даже проснулся, уже было бросился, как прежде, в спальню к родителям, а затем услышал ветер и взмолился, чтобы утром пошел дождь. Но утро сулило яркий солнечный день. А ведь сегодня Страстная пятница! В Страстную пятницу и небо плачет, так говорила маленькая бабушка. Но небо явно пребывало в отличном настроении, так что последние надежды Симоса пошли прахом.

Пора было собираться, и чем быстрее, тем лучше.

Он бросил в сумку несколько фруктов и немного сухариков, бутылку воды, складной нож и фонарик. В тот самый миг, когда он выходил из дома, раздались шаги маленькой бабушки. Кажется, она заметила Симоса и даже позвала, но все же шла еще слишком далеко, так что вряд ли заметила тревогу в его глазах. Чтобы избежать встречи, он метнулся в проулок, крикнув на ходу: «Мне некогда, потом поговорим!»

Ундина уже ждала его на улице перед домом. У нее-то настроение было просто прекрасное. Она поинтересовалась, не забыл ли он плавки, и Симос знаками показал, что уже в них. Они направились прочь из деревни и всю дорогу до дома Виолеты пробежали, не останавливаясь.

– Ну, проходите, ребятки. Я уж боялась, как бы не случилось чего-то такого, из-за чего вы не придете. Мы с Манисом с самого рассвета сидим наготове. Всю ночь не могла глаз сомкнуть. Как же давно я не отправлялась на такие долгие прогулки! Просто настоящий поход. И только вообразите, что когда-то я ходила туда почти каждый день. Шляпа, узелок – что ж, в путь!

Виолета распахнула дверь, и вся компания вышла к дороге.

Все это время за ними тайком следил Маркос. Он засел в своем укрытии у дома куда раньше, чем пришли Симос и Ундина, и успел понаблюдать за тем, как Виолета собирается. Он пытался разглядеть, что она там кладет в мешок, лежащий на столе в саду. Она то и дело что-то туда засовывала, но Маркос не заметил ничего похожего на мотыгу или лопату. И все же он не сомневался: Виолета их взяла, и только расстояние мешает увидеть наверняка.

Когда компания двинулась в путь, первым делом Маркос бросился в дом. Естественно, было не заперто. Толкнув дверь, Маркос вошел в крошечную комнатку. Три в одной, вернее. В одном углу раковина и керосинка намекали на кухню. Вплотную к ним – крошечный столик, на нем – ваза с маками и маргаритками, вокруг – три стула. Еще чуть дальше – аккуратно застеленная кровать. Кресло. Все прибрано. На единственной полке, прибитой к стене, несколько книг и ящик. Он открыл его и понял, что это проигрыватель. Учитель показывал такие на фотографии. Рядом – диск. Кажется очень старым. «Травиата». Маркос сделал еще круг по комнате, но ничего больше не увидел. Где искать? Где Виолета держит свои самые ценные вещи?

Маркос вспомнил, как мать прятала деньги под матрасом; нагнулся, чтобы приподнять его, и увидел под кроватью маленькую коробочку. Сев на пол, он поставил ее себе на колени. Открыл. В измятую салфетку завернуто было два засушенных цветка; рядом лежала пожелтевшая газета. Текст было почти не разобрать. Маркос хорошенько разгладил страницу и принялся за чтение.

«Поэт Стратос Камилери обнаружен мертвым в клинике, где в последние годы проходил лечение из-за психологических проблем. Отпрыск состоятельного семейства, он родился в Неаполе, где до сих пор живут его родственники. Но он полюбил нашу страну и выбрал ее в качестве места постоянного проживания».