Читаем Одержимый полностью

Музей «Пибоди» был одним из мест, где живо ощущалось присутствие Дарлингтона – настоящего, принадлежащего Нью-Хейвену точно так же, как «Лете» или Йелю. Алекс приходила сюда вместе с ним, и здесь Дарлингтон вдруг стал удивительно спокойным. Он показал ей минеральную комнату, чучело птицы дронт, фотографии и письма из экспедиции Хирама Бингэма Третьего, «открывшего» Мачу-Пикчу, где тот нашел большой золотой горн, в настоящее время хранящийся в оружейной Il Bastone.

– Здесь было мое убежище, – признался он, проходя мимо фрески «Эра рептилий». – Когда дома возникали неприятности.

В тот раз Алекс задалась вопросом, что за неприятности бывают, когда растешь в особняке. Но теперь, побывав в голове у деда Дарлингтона, увидев его воспоминания о затерянном в темноте маленьком мальчике, поняла, почему тот мальчик приходил сюда, где шумно и много людей, всегда есть что почитать и посмотреть, и никто не обратит внимания на прилежного ребенка с рюкзаком, не желающего уходить.

Они спустились в темный, теплый подвал. Здесь, по контрасту с тишиной верхних этажей, где упакованные в ящики экспонаты ждали предстоящей реконструкции, все время что-то шипело и дребезжало – не иначе старая сантехника давала о себе знать. Лучи фонариков выхватывали из темноты оголенные трубы, доходящие до потолка груды коробок и криво прислоненные к стенам части строительных лесов.

Наконец, следуя за Доуз, они вошли в комнату, где витал странный затхлый запах.

– Что это? – поинтересовалась Алекс, пока Доуз водила фонариком по полкам с банками, наполненными мутной жидкостью.

– Сотни банок со стоячей водой, набранной в разные годы из прудов по всему Коннектикуту.

– И в чем смысл? – поинтересовался Тернер.

– Ну… если вам захочется точно узнать, что содержалось в воде пруда в 1876 году, тогда вам сюда. В подвалах полно подобного хлама.

Сверившись с планом, Доуз направилась к полке в левой части комнаты и начала считать ряды снизу вверх, потом переключилась на пыльные банки и, добравшись до нужного ей места, просунула между сосудами руку, стараясь что-то нашарить.

– Только попытайтесь заставить меня это выпить, и я тут же уйду, – пробормотал Тернер.

С громким лязгом полка вдруг сдвинулась с места, открывая прятавшуюся за рядами грязных банок огромную комнату, в которой стоял лишь массивный прямоугольный стол, усеянный пыльными тряпками.

– Сработало, – с немалым удивлением выдохнула Доуз и щелкнула висящим на стене выключателем. Однако ничего не произошло. – Думаю, здесь давно никого не было.

– Как вы вообще узнали о существовании этого места? – спросил Тернер.

– Я отвечаю за поддержание порядка в архиве оружейной.

– И комната в подвале «Пибоди» – часть арсенала «Леты»?

– Не совсем, – призналась Доуз, и даже в полумраке Алекс видела, что ей не по себе. – На это место никто не претендует. Нет даже сведений о том, какое общество причастно к его созданию. Впрочем, может, это работа кого-то вовсе постороннего. В книге есть только запись о его возникновении и… предназначении.

По спине Алекс пробежал холодок. Что ждет их здесь? Она мысленно попыталась отыскать Серых – на всякий случай, если вдруг возникнет что-то непредвиденное, – и собралась с духом, увидев, что Доуз дернула одну из тряпок. От резкого движения над столом взвилось облако пыли.

– Макет? – почти разочарованно пробормотал Тернер.

Макет Нью-Хейвена. Алекс тут же узнала очертания парка с разделяющими его ограждениями и тремя милыми церквушками. Остальное казалось менее знакомым. Она опознала несколько зданий, общий план улиц, но многое выглядело чужим.

– Он сделан из камня, – поняла вдруг Алекс, проведя пальцем по названию Чепел-стрит, выгравированному прямо на тротуаре.

– Из аметиста, – уточнила Доуз, хотя на взгляд Алекс макет выглядел скорее белым, чем фиолетовым.

– Не может быть, – возразил Тернер. – Это ведь цельная большая плита, без трещин и каких-либо видимых стыков. Хотите сказать, что макет вырезали из одного куска камня? – Заметив кивок Доуз, Тернер нахмурился еще сильнее. – Невозможно. Допустим даже, кто-то смог бы найти кусок аметиста подобного размера, извлечь его из шахты и каким-то образом нанести резьбу. Но он будет весить больше тонны. Как его притащили сюда?

– Не знаю, – пожала плечами Доуз. – Возможно, макет вырезали прямо здесь, и уже вокруг него строили здание. Я даже не возьмусь утверждать, что резьба – дело рук человеческих. На самом деле… здесь все кажется каким-то неестественным. – Она откупорила вытащенную из сумки бутылку и перелила ее содержимое в бутылочку с распылителем, в каких обычно продается жидкость для очистки стекол. – Я буду читать заклинание. Вам нужно повторять.

– А что произойдет? – полюбопытствовала Алекс.

– Оно просто активирует макет.

– Само собой, – пробормотал Тернер.

Доуз достала блокнот с выписанным заклинанием и начала читать по-латыни. Алекс не поняла ни слова.

– Evigilato Urbs, aperito scelestos[14].

Доуз жестом попросила повторить, и они старательно пробормотали произнесенные ею слова.