Читаем Одержимость Фенрира полностью

Кровь шумит в ушах.

Паника накрывает удушливой волной.

Я больше не ощущаю Запах. Я потерял его! Безумею от тревоги. Из последних сил удерживаюсь от оборота. Если моя Истинная где-то рядом, я не хочу её напугать. Вдруг испугается чудовища, в которое я обращаюсь с каждым утекающим мгновением? И без того в висок длинной отравленной иглой колет мысль о том, как эта сладко пахнущая малышка воспримет новости о том, что она теперь моя, и я её забираю. Потому что никаких других вариантов, конечно же.

Моя.

Только моя.

Ау-у-у-у!..

На глазах друида слёзы, когда он отступает в сторону.

Забываю об этой встрече сразу же, как только освобождает мне путь, и тело свободно двигаться дальше.

Кидаюсь во тьму.

Под деревьями меня обступают прохлада и тишина, гул толпы и рокот барабанов остаются далеко позади, едва ощутимым ритмом, волнующим кровь. Только шум моего дыхания, когда иду, не разбирая дороги, проламывая густой подлесок массивным телом. Меня ведёт вперёд то, что выше меня, чему я не могу сопротивляться. Наполняя каждую клетку возбуждением и предвкушением.

Я был наполовину мёртв до Тебя.

Я оживаю с каждым биением сердца.

Нари

Первая мысль – броситься посмотреть, что у него с рукой.

Мне приходится себя останавливать.

Ты совсем дура, Нари?

Даже если забыть на мгновение, что ты под зельем невидимости, что тебе нельзя показываться чужакам, нельзя к ним подходить, нельзя даже разговаривать.

Кто ты такая этому чужому мужчине из далёкой страны? Правильный ответ – ты ему никто. У тебя нет права о нём заботиться. Вон, сестра рядом сидит. Она тут же подаёт ему салфетку, взволнованно касается тонкими пальцами мощного предплечья. Король встаёт во весь свой громадный рост. Что-то отвечает ей, отирает руку и небрежно отбрасывает салфетку прочь. Какой же высокий, всё-таки…

Закусив губу, продолжаю следить неотрывно. Сердце бросается вскачь. Да оно и не успокаивалось, по-моему, с того момента, как увидела я этого мужчину. А это плохо. Очень-очень плохо!

Мне. Нельзя.

Нельзя.

Нельзя.

Нельзя!

Зло вытираю ресницы и резко отворачиваюсь.

Всё на этом. Пора возвращаться. Добилась, чего хотела, идиотка? Вот теперь тебе точно будет о чём пострадать. И это ты даже близко к нему не подходила и не разговаривала. Молодец, нечего сказать! Умудриться влюбиться на расстоянии – это сильно. Правильно тебя папа из дома никуда не выпускал. Надо было слушать папу.

Тихая боль под сердцем колет иголочкой мерно, но неотступно. И всё-таки… это не такая сильная боль, как я боялась. Вполне терпимо. Хоть на этом спасибо.

Пытаюсь просочиться через толпу, чтобы уйти. Это оказывается неожиданно трудно. Народу вокруг тьма, меня никто не видит, люди напирают, толкаются, никто не хочет уйти с прохода. Моих слабых силёнок не хватает оттолкнуть. Приходится юркой рыбкой нырять в любой просвет. И молиться, чтоб получилось. Каждое мгновение в этой душной и жаркой толпе начинает всё сильнее меня угнетать. Я к такому не привыкла. Хочется скорее домой. В тишину и темноту. Задёрнуть шторы, лечь в постель, укрыться одеялом с головой. Вся эта музыка, грохочущие барабаны, шумные скрипки… людские разговоры, взрывы хохота… всем так весело.

Одна я на этом празднике чужая.

Не следовало мне вообще сюда приходить.

Всхлипываю и настойчиво пробираюсь дальше. Ну почему так плохо… и так хочется вернуться. Хотя бы просто стоять и смотреть на него. Ничего более притягательного в своей жизни не видела. Перед глазами до сих пор выразительное лицо с хищным взглядом, который медленно скользит по толпе. Может, девушку себе ищет? У нас так много красивых. Наверное, любуется местными красавицами.

Иголочка колет сильней.

А потом странное ощущение охватывает меня всю. Мурашки бегут по спине.

Останавливаюсь неподалёку от прилавка с почти разобранными пирожками. И не в силах больше бороться с искушением, оборачиваюсь.

Вижу короля в толпе, далеко позади. Он возвышается на голову даже над самыми высокими. Словно корабль, рассекающий волны, движется вперёд. Пронзая настороженным взглядом окружающее пространство.

Мне в голову почему-то приходит очень, очень абсурдная мысль. Которая конечно же не может быть правильной.

Что ищет меня.

Я понятия не имею, откуда это подозрение взялось.

Но когда я резко, испуганно меняю направление движения… он меняет его тоже.

С этого момента я не могу перестать оглядываться. Останавливаюсь постоянно и снова ищу взволнованно в толпе серебряные волосы и хищный пристальный взгляд… конечно же, нахожу. Он меня видеть не может. Как же тогда?..

И самый главный и сложный вопрос, на который не могу найти ответа.

Почему что-то в глубине меня так тянет остановиться и дать себя поймать?

Когда из ниоткуда берётся дедушка Гордевид и задерживает короля беседой, наверняка о чём-то важном, решаю воспользоваться этой передышкой. И уйти подальше. Когда я буду наконец-то дома, наваждение спадёт, я уверена. Это всё ночь виновата. И луна. И общая атмосфера будоражащая на этом празднике любви.

Я скоро очнусь.

И перестану сходить с ума.