…Солдаты вокруг меня нервничали всё сильнее. Я видела, как им хотелось присоединиться к своим боевым братьям. Но приказ, отданный их королем – ценою жизни защищать меня– не давал им тронуться с места и покинуть свой пост. Даже если бы я приказала – мои слова не имели бы здесь никакого значения.

И в этот миг, миг моего наибольшего отчаяния, дрогнула земля под ногами.

Ещё и ещё… в ритме тяжёлых, медленных шагов.

- Чтоб я сдох… йотуны! – процедил сквозь зубы Ульр. – Неужели решили воспользоваться ситуацией и ударить в спину?! К оружию! Гвен, готовь снежных пчёл… мы так просто не дадимся этим тварям.

- Стойте! – выкрикнула я. – Опустите оружие! И не вздумайте нападать! Никакой магии.

- При всём уважении, - ожесточённо отрезал Ульр. – Вы женщина, и не разбираетесь…

Я выпрямилась во весь рост на камне.

- Я – ваша будущая королева. И ношу под сердцем наследников вашего короля. Я приказываю вам опустить оружие и ждать друзей, которые пришли на помощь Гримгосту в самый чёрный час! Пришли, как и много веков назад. И мы в этот раз отплатим благодарностью за добро, которое несут нам их каменные сердца.

Мои ладони осветились бледно-зелёным.

Не понимаю, как – я не собиралась… но ледяной купол вокруг меня рухнул, как только эти искры коснулись его.

Солдаты асов смотрели на меня несколько мгновений… а потом опустили мечи.

Ульр ничего не ответил. Но коротко кивнул, склонив голову передо мной.

Но я уже не смотрела.

У меня сжималось сердце от зрелища кипящей схватки далеко впереди… и от того, как поредели ряды защитников Гримгоста. Их затапливало грязно-серое месиво. Фоморы расправляли обрубки крыльев, впивались зубами, рвали тела врагов когтями, которыми заканчивались их неуклюжие массивные ручищи…

Серебряный зверь, весь в грязи и крови – я только могла надеяться, что чужой – метался по полю битвы, тараном врезаясь в гущу противников, оставляя за собой кровавый след. Вот он взвился в прыжке… и ещё одна из чёрных птиц рухнула на землю, когда смертельно опасные челюсти сомкнулись на крыле. Их всё меньше оставалось в воздухе… Но я была уверена, что тот единственный, кто заслуживал кары больше всех, оставался невредим. Была одна чёрная точка, которая плыла в небе над всеми и не снижалась слишком близко к полю битвы.

Я усилием воли оторвала себя от этого зрелища и оглянулась.

Неспешно и неотвратимо, как горная лавина, приближались чёрные глыбы каменных великанов.

Впереди шёл Мимир. Я узнала его по медальону на шее и короне из фиолетовых кристаллов.

Их было много… очень.

Как будто сами горы откликнулись, чтобы навести порядок в своих владениях и вернуть, наконец, тишину и покой этой древней земле.

- Посмотрите вон туда! – воскликнул вдруг Ульр и указал острием меча куда-то вдаль.

Далеко-далеко, с юга… оттуда, где остался кусочек моего сердца… ещё одно войско приближалось к чужому полю чужой битвы.

Быстрыми прыжками двигались гигантские гибкие звери, топорща длинные усы, и скалились, чуя запах крови.

Чёрной смертью и гневом гор кипели темноволосые всадники, на ходу вынимая мечи из ножен.

Я рассмеялась сквозь слёзы.

Таарн пришёл на помощь своей дочери, когда был нужен больше всего.

Таарн никогда не предаёт и не забывает своих детей.

<p>Глава 63</p>

Глава 63

Сознание медленно выплывало из небытия.

Первое, что я ощутила – мягкость подушки под щекой. Улыбнулась, потянулась, обхватила её поуютнее.

Одеяло было очень тёплым. Как будто сотканное из мягкого снега, которому неведомый маг придал форму. В Гримгосте оказались совершенно потрясающие кровати.

Открывать глаза не хотелось, было слишком хорошо. Измученное тело наслаждалось ощущением неги – и удивительного покоя.

Даже вспоминать ничего не хотелось.

Все тревоги прошедшего дня казались чем-то таким далёким, словно бы в прошлой жизни.

Я вяло вспоминала отдельные образы, хаотично всплывали короткими вспышками события.

Мы победили, конечно же.

Не могли не победить, с такой-то подмогой.

Йотуны растоптали и порвали на куски могучими ручищами почти всех фоморов, а с кем не справились они, тех подрали барсы. С особенным удовольствием они доставали воронов, когда те пытались атаковать с воздуха. Горячая любовь к птичкам у этих диких кошек в крови. Гастрономическая, конечно же. В случае с конкретно этими птичками барсы казались слегка обескураженными поначалу, но быстро сориентировались.

Очень скоро всё было кончено.

Фенрир успел добраться до камня, где я стояла, раньше моего отца и братьев. Я избегала смотреть в папино лицо, потому что на нём было очень сложное выражение. Он без колебаний выбрал сторону и плечом к плечу стоял с моим мужем в битве, это было главное. Остальное как-нибудь разрешится. Я была уверена в этом.

Когда муж, на ходу оборачиваясь обратно в человека, подлетел к камню и снял меня с него, практически сорвал, огромными ручищами – весь грязный, окровавленный, ужасно довольный и всё ещё дрожащий в горячке боя, и полез целоваться… я обняла его за шею крепко-накрепко, вздохнула счастливо… и потеряла сознание.

Слабо помню, как он тащил меня в нашу берлогу.