Читаем Очерки истории алан полностью

Источники VI в. называют имя аланского царя Саросия. Менандр связывает с ним два события: появление в 558 г. на Северном Кавказе аваров и их просьбу к Саросию о его посредничестве в переговорах между аварами и византийцами и эпизод, имевший место при возвращении византийского посла Земарха из Западно-Тюркского каганата, когда Саросий предупредил Земарха о засаде персов близ Суании (Сванетии. — В. К.; 74, с. 321, 383). Еще раз Менандр упоминает Саросия — «царя аланов» — в связи с византийско-персидскими войнами: Саросий вместе с армянами выступает на стороне византийцев в битве при Нисевии (572 г.; 74, с. 494). Контекст источника позволяет заключить, что Саросий был вождем западных алан, занимавших верховья Кубани, и придерживался твердой провизантийской политической ориентации. Но подлинный социальный статус Саросия нам не ясен из-за скудности проводимых Менандром сведений: он с одинаковым успехом мог быть и родоплеменным вождем, и феодальным (или скорее полуфеодальным) князем. Последнее для VI в. вполне допустимо.

Не менее социально не ясна фигура «владыки алан» Итакси (Итаксиса в транскрипции Ю. А. Кулаковского; 2, с. 50), фигурирующего в рассказе Феофана о пребывании Льва Исавра на Кавказе (11, с. 83). Совершенно очевидно лишь то, что Итаксис, как и Саросий, был верным союзником Византии, а местом его действий была Верхняя Кубань. Социальный статус Итаксиса нашел противоречивую оценку у исследователей: И. Маркварт рассматривал его как титул, соответствующий понятию «маркграф» — порубежный, пограничный граф (23, с. 168). По интерпретации Ю. А. Кулаковского, «аланы в ту пору (в VIII в. — В. К.) жили под управлением национальных царей и принимали участие в международных отношениях вполне независимо от хазарского каганата» (2, с. 51). Маркграф или царь? По Феофану, Итаксис действительно выступает самостоятельным и независимым от хазар властителем, но это еще не дает права считать его царем в аспекте социальном, а источник именует его неопределенно «владыкой». О версии И. Маркварта говорить еще затруднительнее, ибо «Итаксис» в научной литературе имеет и иную этимологию (осет. «вдовец», 59, с. 539); возможно, это не титул, а прозвище.

Более определенно о появлении института аланских царей, как о верховных сюзеренах и властителях, стоящих на верхней ступени феодальной иерархии, мы можем говорить лишь с X в. К концу IX в. Хазария ослабла, и аланы освободились от хазарской зависимости, восстановив свой политический суверенитет (75. с. 322, 339). Ослабление влияния хазар создавало благоприятные предпосылки для экономического развития Алании — закончились затрагивавшие алан арабо-хазарские войны, прекратились даннические отношения, значительная часть степей к северу от Терека и Кубани на некоторое время перешла в руки алан (15, с. 208, 212; 76, с. 866), что стимулировало скотоводство. Все это положительным образом должно было отразиться как на хозяйстве Алании, так и на ее политической и общественной жизни.

Десятый век стал «золотым веком» в истории Алании, временем ее наибольшего военно-политического могущества, четко зафиксированного в исторических источниках. Разноязычные и не зависящие друг от друга авторы единодушны в своих высказываниях. Так, араб Масуди пишет: «Аланский царь выступает (в походах) с 30 тыс. всадников. Он могуществен, мужествен, очень силен и ведет твердую политику среди царей», добавляя при этом, что «аланы более мощны, чем кашаки» (24, с. 205–206). В еврейско-хазарском Кембриджском анониме признается: «Царство алан сильнее и крепче всех народов, которые (жили) вокруг нас» (77. с. 116). Византийский император Константин VII Багрянородный прямо указывает что хазары боятся алан: если властитель алан будет препятствовать хазарам, «то длительным и глубоким миром пользуются и Херсон, и Климаты, так как хазары, страшась нападения аланов, находят безопасным поход с войском на Херсон»… (17. с. 53). Согласно другому сочинению Константина Багрянородного «Церемонии византийского двора», аланскому властителю посылались грамоты с золотой печатью достоинством в два соли-да, и он именовался «духовным сыном императора». Золотой печати в два со-лида Алания удостаивалась наряду с Русью, Болгарией, Абхазией, а в списке государств Алания занимает почетное место вслед за Арменией и Иверией и выше Абхазии, Хазарии и Руси (78, с. 688).