Читаем Очаровательная попрошайка полностью

— Что в отношении того молодого человека, которого, как вы сказали, вы не слишком жалуете? Не могла ли она уехать вместе с ним?

— От всего сердца надеюсь, что нет. Вообще-то это возможно, но мы с женой почему-то сомневаемся. Как будто вы его видели в тот день, когда приезжали к нам за город навестить моего дядюшку.

— Ах, это он? Да, да, припоминаю этого молодого щеголя. Очень красивый юноша, но, разумеется, ни один отец не пожелал бы такого мужа для своей единственной дочери. Я заметил, что и ваша жена не была от него в восторге.

— Моя жена не сомневается, что он в тот день намеренно тайком пробрался в дом, рассчитывая, что его никто не заметит.

— Возможно, он знает, что не является там желанным гостем?

— Великолепно знает!

— Но в таком случае естественно предположить, что ваша дочь присоединилась к нему?

— Просто не знаю, что и подумать. Сначала мне как-то не верилось в такую возможность.

— Вы обращались в полицию?

— Нет.

— Когда кто-то пропадает, самое правильное заявить в полицию. Они тоже не болтливы, и в их распоряжении много таких средств, которыми, скажем, я совершенно не располагаю.

— Я не желаю обращаться в полицию. Вы же должны понимать, что дело касается моей дочери! Моей дочери! Коли она захотела на короткое время куда-то уехать... если она не сообщила нам об этом, то ей видней. У меня нет оснований предполагать, что ей грозит какая-то неприятность. Но я бы хотел ради собственного спокойствия знать, где она скрывается.

— И все же, мистер Рестарик, мне кажется, что вас волнует не только это?

— Почему вы так считаете?

— Потому что в наши дни нет ничего особенного в том, что девушка куда-то уехала на несколько дней, не спросив разрешения у родителей и не предупредив приятельниц. Так что я практически убежден, что данный факт тревожит вас в связи с чем-то еще.

— Ну, что ж, возможно, вы и правы...

Он снова с сомнением посмотрел, на Пуаро.

— О таких вещах очень тяжело говорить с незнакомым человеком.

— Поверьте мне, о таких вещах гораздо легче говорить с чужим человеком, чем с друзьями и знакомыми. И если вы хорошенько подумаете, то согласитесь со мной.

— Возможно, возможно. Мне ясна ваша точка зрения. Ну, что же, приходится сознаться, что я тревожусь за свою девочку. Понимаете, она не совсем такая, как все остальные, и в ней есть нечто такое, что давно уже меня беспокоит... беспокоило нас обоих...

— Ваша дочь, по всей вероятности, находится в том трудном возрасте, когда из эмоциональных побуждений молодые люди способны выкинуть нечто такое, на что они никогда бы не решились уже через несколько лет. И окружающие тоже с трудом верят в возможность случившегося. Не обижайтесь на то, что я беру на себя смелость высказывать предположение... Возможно, ваша дочь возражает против появления у нее мачехи?

— К несчастью, вы совершенно правы, хотя у Нормы нет для этого решительно никаких оснований. Нужно учитывать, что я со своей первой женой расстался давно.

Помолчав, он продолжал:

— Уж если быть откровенным, то до конца! В конце концов, никакой тайны никто из этого не делал. Мы с женой разъехались более пятнадцати лет назад. Я тогда познакомился с одной женщиной, в которую влюбился без памяти. Это было какое-то безумие. Ради нее я уехал из Англии в Южную Африку. Моя жена относилась резко отрицательно к разводам, и я не стал ее даже уговаривать в этом отношении. Вместо этого я обеспечил в финансовом отношении и жену и дочку, которой в то время было пять лет...

Новая пауза.

— Оглядываясь назад, я понимаю, что на протяжении некоторого времени тяготился семейной жизнью. В детстве во мне жила страсть к путешествиям. В молодости я ненавидел сидение в скучных кабинетах, занятия «делами». Мой старший брат неоднократно упрекал меня за то, что я работаю спустя рукава и не занимаюсь как следует делами фирмы, что я взвалил на него все самое ответственное, такая жизнь меня совершенно не привлекала. Характер у меня был беспокойный, в голове одни мысли о приключениях, о диких, необитаемых местах, о дальних странах...

Он резко замолчал.

— Вообще-то, вряд ли вас интересует история моей жизни. Я поехал в Южную Африку. Луиза отправилась вместе со мной. Как я уже говорил, поначалу я был в нее безумно влюблен, но мы ссорились с утра до ночи. Ей была ненавистна жизнь в Африке, она мечтала о возвращении в Лондон или Париж, где жизнь била ключом. И через год мы расстались...

Он вздохнул.

— Вообще-то, мне следовало тогда же вернуться, но одна мысль о «тихой пристани» приводила меня в дрожь. Отговаривался я тем, что вряд ли моя жена примет меня с распростертыми объятиями. Но уж если быть честным, она посчитала бы это своим долгом, а она в этом отношении была женщиной честных правил...

Пуаро отметил про себя, что последняя фраза была сказана с нескрываемой насмешкой.