Читаем Очаровательная попрошайка полностью

Миссис Оливер без всякого энтузиазма принялась подниматься по ступенькам, которые фактически почти не отличались от перекладин на стремянке. Вся эта история ей не понравилась. Где-то в глубине души у нее не проходил страх. Боялась она уже не столько самого «павлина», как- того, куда он ее вел. Впрочем, это она скоро выяснит. Вот он отворил дверцу на верхней площадке, нагнулся и вошел внутрь. Это было просторное, почти пустое помещение, превращенное в импровизированную мастерскую художника. На полу в разных местах лежали матрацы, к стене были прислонены холсты, посредине стояли два-три мольберта. Сильно пахло красками. В комнате находилось двое людей: у мольберта стоял бородатый юноша, он рисовал. При звуке шагов он сразу же повернул голову.

— Хэллоу, Дэвид,— сказал он,— привел к нам гостью?

«Господи, какая же грязнуля!» — подумала, невольно содрогаясь, миссис Оливер. На шею и на глаза ему падали сальные волосы, подстриженные «подковами». Вся физиономия, не говоря уже о бороде, заросла щетиной, растущей какими-то неровными клочьями, а то, что на нем было надето, вряд ли можно было назвать одеждой, настолько все это было замаслено и затерто.

Миссис Оливер посмотрела на девушку, которая позировала для него. Она сидела в какой-то неестественной позе, откинув голову назад и почти полностью закрыв лицо черными прядями волос. Миссис Оливер сразу узнала ее. Это была вторая из трех обитательниц Бородин-Меншен. Миссис Оливер помнила только ее имя: Фрэнсис.

— Познакомьтесь с Питером,— сказал Дэвид, указывая на неряшливого художника,— это один из наших расцветающих гениев. Ну, а Фрэнсис позирует ему для его картины, которая изображает обманутую девушку, нуждающуюся в аборте.

— Заткнись, трепло,— незлобно огрызнулся Питер.

— Мне кажется, мы с вами знакомы? — спросила с самым любезным видом миссис Оливер, хотя по ее лицу было видно, что она в этом совершенно не уверена.— Кажется, мы с вами где-то встречались? Причем совеем недавно.

— Вы ведь миссис Оливер, не так ли? — спросила Фрэнсис.

— Так мне было сказано,— заметил Дэвид,— это верно?

— Где же мы с .вами встречались?— продолжала с самым невинным видом миссис Оливер.— Где-то в гостях? На вечере? Нет? Дайте-ка сообразить. Ой, знаю, в Бородин-Меншен.

Фрэнсис выпрямилась на стуле и заговорила. Тон у нее был усталый, что, по всей вероятности, считалось «элегантным».

Питер застонал:

— Господи, ты погубила всю композицию! Такая была удачная поза! Неужели ты не можешь посидеть спокойно, а не заниматься этими глупыми разговорами?

— Все равно я не смогла бы дольше так сидеть. У меня заболела шея и заломило плечо,— буркнула Фрэнсис.— Сам бы попробовал вот так попозировать...

— Знаете,— с глупейшей улыбкой заявила миссис Оливер,— я сегодня попробовала преследовать, или следить, выслеживать человека. Оказывается, «висеть на хвосте» невероятно трудно... Скажите, это что, мастерская художника?

Она стала вертеться во все стороны, показывая свою крайнюю заинтересованность.

— Сейчас такие студии считаются наиболее «современными»,— проворчал Питер.— По сути дела — это неудобный чердак. И еще счастье, если ты не провалишься сквозь пол.

— Чего тебе еще надо, неблагодарный? — расхвастался Дэвид.— Северный свет, много свободного места, внизу — подобие кухни и грошовая арендная плата. Могу поспорить, что если поискать, то в твоем шкафу найдется пара бутылочек.

Повернувшись к миссис Оливер, он сказал предельно вежливым тоном:

— Не хотите ли выпить, миссис Оливер?

— Я не пью,— ответила посетительница.

— Леди не пьет? Кто бы этому поверил? — воскликнул Дэвид.

— Вообще-то это довольно грубо, но вы совершенно правы. «Леди не пьет». Большинство людей признавались мне, что они считали, будто я пью, как сапожник,— пожаловалась миссис Оливер.

Она открыла сумочку, из которой тут же на пол выпали три крутых локона. Дэвид их поднял и протянул владелице.

— Ох, спасибо,— смутилась миссис Оливер,— у меня сегодня утром совершенно не было времени заняться своей прической. Не знаю, есть ли у меня дополнительные шпильки?

И она довольно ловко принялась прикреплять локоны к вискам и затылку.

Питер громко захохотал.

— Вт это да!

«Какая глупость,— подумала про себя миссис Оливер,— ну как только мне могла прийти в голову такая бредовая мысль, будто эти люди способны мне причинить какое-то зло? Пусть у них действительно диковатая внешность, да и манеры не совсем привычные, но вообще-то они милые и славные. Недаром меня все знакомые упрекают в странной мнительности. Нельзя давать столько воли своему воображению».

Покончив с прической, она сообщила, что ей пора уходить. И Дэвид с галантностью и изяществом настоящего средневекового кавалера помог ей спуститься с дрожащих ступеней и объяснил, как всего быстрее добраться до Кингс-Роуд.

— Ну а там,— добавил он,—г вы сядете на автобус или на такси, которое и довезет вас до дома.