Читаем Обвалы сердца полностью

Обвалы сердца

Альбин Азовский , Осип Эмильевич Мандельштам , Татьяна Львовна Щепкина-Куперник , Вадим Баян , Николай Артемьевич Еленев , Михаил Решоткин , Мария Ивановна Калмыкова , Мария Калмыкова

В оркестре поет гобой меланхоличноО том, что мучается сердце девичье,Сгоревшее быстро, как тонкая спичка.Ушедшее здешнее с ветхим обличьем,Русая с веткой маслин Беатриче,В лиловом капоте, увядшем от зноя,В доме на набережной, в доме кирпичном,С балконом, глазеющим прежде и снова.О, бедная девушка в ночи усталая!Подушку, измяв, ты в истоме целуешь…Мечтай о волнении пышного бала,Мечтай о мигрени! И тебе — аллилуйя,Тебе и микадо, и мне, и поручику,Оркестру, и вечеру, и звездам угасшим,Угасшим шесть лет, с тех пор, как измучено,Тело России кладбищенским маршем.Пойте, свистите и плачьте, оркестры!Смотрите, рыдает плечо дирижера,С манишки слезится безудержно клейстер,И молнии труб потрясают соборы.Качаются церкви; реки, иссохнув, охрипли,Слоны, обезумев, влюбились в музеи,А дети, повыдрав страницы из Библий,Сожгли все псалмы, на пепел глазея.Кричите, что умер король, не воскреснув:Умер король, воистину умер…И звезды, угасши, скатилися в безднуКрепко-сколоченных издавна тюрем.Вечная память юности нашей.Вечная память героям и трусам:Их кровь напояет борозды пашень,Чтоб рожь зашумела нежными бусами,Когда мы издохнем и нас позабудут,С лицом без лица, с поцелуем Иуды,Когда мы истлеем, как во поле кляча…Оркестры, свистите, пойте и плачьте!!

Июнь 1920. Ялта.

Осип Мандельштам

Меганон

Еще далеко асфоделейПрозрачно-серая весна,Пока еще на самом делеШуршит песок, кипит волна;Но здесь душа моя вступает,Как Персефона, в легкий круг,И в царстве мертвых не бываетПрелестных загорелых рук.

Зачем же лодке доверяемМы тяжесть урны гробовойИ праздник черных роз свершаемНад аметистовой водой?Туда душа моя стремитсяЗа мыс туманный Меганон,И черный парус возвратитсяОттуда после похорон.

Как быстро тучи пробегаютНеосвященною грядой,И хлопья черных роз летаютПод этой ветряной луной,И птица смерти и рыданьяВлачится траурной каймой —Огромный флаг воспоминаньяЗа кипарисною кормой.

И раскрывается с шуршаньемПечальный веер прошлых лет;Туда, где с темным содроганьемВ песок зарылся амулет;Туда душа моя стремится,За мыс туманный Меганон,И черный парус возвратитсяОттуда после похорон.

В горячке соловьиной

Что поют часы-кузнечикЛихорадка шелеститИ шуршит сухая печкаЭто красный шелк горит. Что зубами мыши точат Жизни тоненькое дно — Это ласточка и дочка Отвязала мой челнок.Что на крыше дождь бормочетЭто черный шелк горит,Но черемуха услышитИ на дне морском: прости! Потому, что смерть невинна И ничем нельзя помочь, Что в горячке соловьиной Сердце теплое еще!