Читаем Обратный отсчёт полностью

Водитель долго рассказывал о том, как сын поступал в престижный ВУЗ, как пришлось «сунуть кому надо в лапу», как кувыркался он, отец, по всей автономии, выискивая работу поденежнее… как работал, как и сколько откладывал. О том, как жена профукивала деньги на тряпки и отдых… хотя сама и не работала. «А что? Я думал, пусть с сыном поездит, пока возможность есть! Я уж, так и быть, вкалываю, так зато сын обут-одет. И инет тебе, и скрэббл-драйв, и скейт-ганг, и мать твою за ногу, и прочие удовольствия!»

— Веришь ли, курорты ему оплачивал, дубина! Лишь бы учился хорошо, престижную работу получил. Он, блин, и получил! Вот она, мечта, сбылась! Водку пей, салют заказывай… а — шиш!!

Сегодня, — точнее уже вчера, — сын объявил о том, что, мол, папаня — человек несостоявшийся, старомодный и глупый. «Нет, ты видал сучонка, а?!»… Интереса у сына к нему, как к отцу и гражданину, нет никакого. И вообще, маму он, видите ли, еще как-то ещё терпит, потому что жалеет, а отец для него — противный злой дядька, вечно отсутствующий с утра до вечера, вечно ворчащий и вечно ругающийся с матерью, а по воскресеньям ещё и мрачно дующий бамбуковую водку в местной узбекской чайхане.

— Прикинь, друган, он мне заявляет, что моё высшее образование — это, мол, при царе Горохе получено! А я, между прочим, на заводе, как папа Карло… и не токарем-слесарем, всё-таки, а инженером-конструктором! Да хрен бы я с оборонного завода ушёл, если бы мне не нужны были эти долбанные деньги! Причём, заметь — на его учёбу! А тут он такое выдаёт… тьфу!

Водитель умолк. В голову мне лезло только какое-то сопливое: «Знаете, ваш сын ещё поймёт, что всё-таки любит вас!» — но это прозвучало бы говённо. Да и от тепла салона моя голова кружилась всё больше и больше… и это становилось уже неприятным.

Подкатив к самому подъезду, водитель остановился. Я неуклюже вылез, сходу угодив ногами в ледяную лужу, сунул ему в руку пару бумажек, что было ровно вдвое больше той суммы, о которой мы договаривались, махнул рукой на его вялую попытку полезть за сдачей во внутренний карман куртки и захлопнул дверцу машины.

Потоптавшись в луже, я снова открыл дверцу, сознавая, что от меня несёт жутким перегаром:

— Ты… это… ладно, чего уж там… дети есть дети. Когда-нибудь поймёт…

Водитель что-то буркнул в ответ, кидая в рот зелёную горошинку насвоя.

— Ладно, спасибо. Удачи! — сказал я, захлопнул дверцу и поковылял к подъезду.

Красный насвой — возбуждающий, синий — для памяти, зелёный — успокаивающий…

В лифте воняло.

Утром меня разбудил звонок нашего старого доброго криминального информатора Вовки, моего вчерашнего собутыльника. Зелёный с похмелья Вовка, ловко перекидывавший языком жёлтый, полулегального замеса, насвой, пытаясь как можно скорее избавиться от бодуна и обрести нежный кайф, открыл мне глаза на Великую Тайну Исчезновения Сапог. Оказывается, вчера мы вдвоём поехали к нему в гости. Куда делись розовые, как поросята, осчастливленные мною девицы, он не помнил. На его счастье его жена с детьми, — ты прикинь, братан, как повезло! — должна вернуться только завтра, в понедельник, что, кстати, вчера утром и подвигло Вовку на поиски весёлой компании.

Приехали.

Пока Вовка пытался соорудить закуску из того, что было в холодильнике, я безмолвно оделся и тихо исчез… неосознанно оставив в прихожей обувь, и кредитку на пятьсот американских долларов на тумбочке в прихожей.

В это время пребывавший в кулинарных хлопотах Вовка обессилел и уснул прямо на кухонном полу. Проснувшись поутру, он долго соображал, что к чему и — тотчас — ты не сомневайся, братан, я всё сразу понял! — позвонил мне с предложением «поправить голову» и забрать модные «эмирские» сапоги и валюту.

Я сказал ему, чтобы уж он сам добирался до меня и купил по пути не только пиво, но и свежий зелёный насвой. Я не очень-то люблю эту жвачку, но, в конце концов, пора было выбираться из запоя!

Потёртый старенький смартфон с десятками, если не сотнями, адресов и телефонов, когда-то непременно лежащий на моём рабочем месте, а со времён увольнения валяющийся в ящике домашнего письменного стола, я достал и положил на видное место. Пришло время составления резюме, звонков, рассылок и собеседований…

Поправлю голову, дам Вовке взаймы, как всегда, и выпровожу его из квартиры.

Надо начинать жить заново.

Тем более…

…тем более что моя дочь всё равно любит меня!