— Садись. — крикнул он Василию и тот немного помешкавшись запрыгнул за спину Вильда.

Путники беспрепятственно покинули конюшню. И так же беспрепятственно деревню. Никто ни разу не попался им на глаза, создавалось впечатление, что это самая обычная заброшенная деревня, пусть и хорошо сохранившаяся.

Конь, послушно бежавший вперед и несший двух человек, после выезда из деревни начали упрямиться и чем дальше оказывался от деревни, тем больше. Он так и норовил все время повернуть назад.

— Пошли пешком. Боязно мне на нем ехать, — не выдержал Василий после очередной попытки коня вернуться назад.

— Что-то я раньше не слышал от тебя, что тебе боязно. А здесь какого-то коня боишься. У него же даже головы нет, он и укусить не может. — подколол его Вильд.

— Поэтому и боязно.

— Уговорил, — согласился Вильд, останавливая коня.

Они спрыгнули на землю и как только коня отпустили на волю, он сразу рванул назад в сторону деревни, удивительным образом передвигаясь ровно по центру дороги.

— Не пойму, как он дорогу видит, как знает где деревня? И почему наших лошадей съели, а этого не тронули?

— Может он один из них, тех кто на нас напали?

— Ты так считаешь и все это время молчал? Меня позвал на нем ехать! — недовольно произнес Василий, посмотрев вслед стремительно удаляющемуся от них коню.

Глава 3

По глухой лесной дороге устало брели два путника. Не рискнув остановиться на ночёвку в лесу, они с нетерпением ожидали рассвета, продолжая упорно идти вперед. Наконец темнота начала отступать, оставляя место для начинающегося дня. Лес стал реже и с одной стороны дороги перешел в поле, что несказанно порадовало путников. Дорога поднялась на невысокий взгорок, и путники остановились, оглядывая окрестности.

— Дом кажись или сарай какой, — произнес Василий, указывая в сторону через поле. — Далеко, не видать, дальше холм мешает, может деревня какая.

— Деревня? — переспросил Вильд. — Так может напрямик через поле, дом-то вроде нормальный? Дорога-то куда-то в сторону уходит. Может и к нему приведет, но напрямик быстрее будет.

Василий согласно кивнул и сошел с дороги. Через некоторое время взглядам путников открылась небольшая деревушка, жители которой были заняты утренними хлопотами: кто косил траву, кто доил корову…

— Нам бы лошадей купить, — обратился Вильд к мужику, точившему косу возле дома, того самого который они видели с дороги.

— Кони — это хорошо. — ответил ему мужик.

— Нет у нас коней, — тут же добавил он.

— Как нет? Мы хорошо заплатим.

— Никто вам в деревне коней не продаст. Мало их у нас.

— Как так, в деревне и коней мало? — не поверил мужику Василий.

- Так раньше коней хватало, не так чтобы дюж много, да в каждой хате были, куда ж без коней, — согласился с Василием мужик.

— Чего замолчал. Где кони-то?

— На прошлой неделе трех медведь порвал. Третьего дня корову. Вчера Бригиту уволок.

— Может это не медведь вовсе? — спросил Василий, помня о недавних ночных приключениях.

— Медведь, бабы видели. Они за деревней жали, когда он из леса выскочил, схватил Бригиту и в лес поволок. Она ближе всех к лесу была. Хорошая баба Бригита была, хлеб вкусный пекла, — вздохнул мужик.

— И что бабы про медведя говорят?

— Что говорят? Чего только не говорят. Ты же баб знаешь. Говорят, шибко большой. Метра три будет, как на задние лапы встанет. Голова большая. Зубищи во. — мужик показал пальцем какие были у медведя зубы.

— Медведь как медведь, — подвел итог сказанному Василий.

— Ну не скажи. У него ушки кругленькие и маленькие, а шерсть черная-черная, словно уголь.

— И когда это бабы ушки успели рассмотреть? И чего ушки, а не уши то?

— Так это ж бабы. А ушки, это оттого я говорю, что шибко маленькие. Так вот, бабы как заорут, в деревню прибежали. Тут кто что похватал, кто вилы, кто топор, всей деревней кинулись Бригиту спасать. Думали напугаем медведя, он ее и бросит, может живую еще. Не поспели. Он ее в лес уволок. Мужики сначала по следу пошли, да вскоре возвернулись. Боязно.

— А ты что ж с ними не пошел?

— Так говорю ж боязно. Я до лесу дошел и возвернулся. Да этот ж медведь еще Жюля убил и коня его. Это раньше было. Это значит он четырех коней в деревне сожрал, — посчитал мужик.

— И как это я забыл. Жюль с соседней деревни возвращался. Зерно продал. Хорошо продал, вот и припозднился. А дорога у нас одна через лес, — мужик кивнул в сторону леса. — Его на следующий день нашли и не далеко совсем. Он же поди кричал, а не слышал никто. Нашли в лесу кости его. Его поди, чьи ж еще. Одни кости-то и нашли. Медведь этот его не поволок далеко, где убил там и съел. По повозке узнали. Жюля повозка была. И коня убил. А есть не стал, лишь одну лопатку обглодал. Видать наелся. Человеченку предпочитает, вот же зверь. Да одним словом зверь.

— А чего вы решили, что это все один медведь?

— Не человек же. Какой человек такое сделает?

Вильд громко вздохнул, вспомнив предыдущую ночь.

— А кто ж? Человек бы деньги взял, а деньги в повозке остались. Медведь говорю. Его ж потом почти сразу видели.

— Что в деревне охотников нет?

— Как нет? Есть, да только не на медведя. Так, на кого помельче.