Читаем Оборотень (СИ) полностью

Оказавшись поваленными и обезоруженными Василий и Вильд ждали что их разорвут на куски, как до этого разорвали пятерых всадников и их коней. Однако продолжая держать путников на полу, точнее на кусках тех, кого до этого порубили Василий с Вильдом, и не давая им подняться, никто из них не укусил ни одного из путников. Некоторые из них даже наоборот немного отступили, как будто кого-то хотели пропустить. Хотя до этого в драке не было заметно чтобы кто-то из них помогал другому или кого-то слушался, каждый сам норовил добраться до Вильда или Василия, порой даже мешая другому.

И действительно, в комнату вошел человек. Его больше чем других можно было назвать человеком. Передвигался он на ногах, не используя для этого руки как другие. В дорогой, не порванной одежде, с более осмысленным взглядом, которым он быстро прошелся по лежащим на полу людям. С нападавшими его связывали разве что острые клыки, выпирающие изо рта и какое-то слабо уловимое сходство.

— Вам незачем убивать нас, — обратился сразу к нему Вильд сумев приподнять голову и взглянуть на вошедшего. — У нас есть золото в мешке, забирайте. И еще спрятанное возле деревни. Отпустите нас, мы отдадим вам его.

Человек, к которому обращался Вильд, казалось не слышал его слов. Подойдя к лежащему Вильду, он наклонился над ним и отодвинул ворот рубашки собираясь укусить. Он уже раскрыл свой рот, примериваясь к шее, когда его рука зацепилась за цепочку на которой висел медальон отца Вильда.

Заинтересовавшись, он достал медальон. Ни Василий, ни Вильд и пошевелиться не могли, так крепко их держали по рукам и ногам. Человек стал любопытно рассматривать медальон, крутя его. В его руке тот начал сиять, сначала совсем слабо, потом все сильнее и сильнее с каждой секундой. Линии узора вновь, как тогда возле крепости, когда Вильд еще только подобрал его, изогнулись сложившись в причудливые символы.

Человек выпустил медальон и в ужасе отшатнулся от Вильда, врезавшись в стоящих позади него тварей и упав на пол. Он издал звук, больше похожий на какой-то писк, возможно какая-то часть этого звука находилась за гранью восприятия человеческого уха. Вскочив на ноги он, пятясь к дверям, покинул комнату. Словно команде, Вильд и Василий были отпущены.

Все нападавшие, способные хоть как-то передвигаться, так же с опаской быстро покинули дом. Как только путники высвободились, они первым делом схватились за мечи, но в комнате обороняться было не от кого. Лишь один недорубленный упорно полз к двери, не проявляя признаков агрессии, и казалось, что он мечтает лишь о том, чтобы побыстрее выбраться отсюда, если конечно эти существа могут мечтать.

Вильд посмотрел на медальон, пытаясь понять, что могло в нем напугать кого-то. Тот к этому времени перестал сиять и принял привычный вид. Вильд и Василий переглянулись. Василий быстро набросил на плечи свой мешок, и они молча вышли из комнаты, никого не встретив по пути, опасливо обошли отверстие в полу и вышли из дома.

Непривычная тишина повисла над деревней, а темнота окутала ее, скрывая любые детали. Чувство того, что за ними следят не покидало путников, но улица, на сколько можно было рассмотреть, казалось пустынной.

— За лошадьми. — почему-то шепотом произнес Василий и не дожидаясь ответа, направился в сторону конюшни.

Путники шли по улице деревни вслушиваясь в каждый шорох и ожидая, когда на них нападут. Но вот и конюшня, а нападения так и не произошло. Темень внутри нее была такая, что ничегошеньки не видно даже на расстоянии вытянутой руки.

— Как-то подозрительно тихо. — произнес Вильд и позвал свою лошадь. В ответ не раздалось ни звука.

— Огонь надо зажечь, а то смотри как бы на нас снова не напали.

— Может оставим лошадей, пешком пойдем? А то всю конюшню еще спалишь.

— В деревне, кроме конюшни, много чего нужно спалить. Сгорит так сгорит. А пешком идти я не хочу.

Василий быстро подобрал подобие лучины и поджег ее. Она осветила не более нескольких метров возле него, но и этого было достаточно чтобы, войдя в конюшню, что-либо рассмотреть. Им нужно было отыскать своих лошадей, что не представляло сложности, так как конюшня было почти пустой.

Лошади путников и в самом деле были в ней. Вернее, то что от них осталось. Путники застали окончание их поедания.

— Вот же! — Вскинулся, не выдержав, Василий и рванул с мечом в руке к поедавшим их лошадей.

Но те завидев вошедших бросились наутек, выскочив кто куда. Только один остался в конюшне и прижавшись к стене продолжал смотреть за вошедшими не убегая, но оставаясь на безопасном расстоянии.

Других коней в конюшне не было, не считая того безголового, которого путники уже видели, когда въезжали в деревню. Он со спутанными ногами, небольшими прыжками передвигался по конюшне, никак не реагируя на то что совсем недавно рядом с ним жрали лошадей.

Вильд подошел к нему, но тот шарахнулся от него в сторону, чуть не врезавшись в столб подпирающий крышу, однако молодой князь одним ударом меча перерубил путы и схватил коня за гриву, вскочив на него верхом.