Читаем Оборотень (СИ) полностью

— Давай веретено, — недовольно сказал в ответ Василий.

— Опять ты за свое, все тебе веретено подавай, — остановила Василия старуха.

— И где в лесу колдуна искать? — спросил Вильд, раз разговор все еще продолжался.

— А чего его искать? Он тебя сам найдет.

— Ну как выглядит этот колдун скажи хотя бы. Мне же нужно знать кто враг.

— Я почем знаю? Мне неведомо, как он в лесу-то выглядит.

— Как же я тогда его узнаю? — не отступил Вильд.

— Для чего тебе щит по-твоему? Он тебе в лесу истинную суть вещей покажет. Ты его если чего вот так держи, — старух подняла руку над головой, показывая, как Вильду держать щит. — Так полегче будет.

— Все что хотела сказала? — спросил Василий.

— Нет.

Старуха снова задумалась, а путники переглянулись. Сколько еще она будет держать их здесь?

— Ты колдуна этим щитом убить должен

— Это как щитом? — не понял Василий. — Так что ли?

Он взмахнул щитом, будто муху хотел убить.

— Эй, ты поосторожнее размахивай здесь. Может так, а может не так, мне это не ведомо. Главное — что колдуна надобно убить им и ни как по-другому.

— Скажи, вот ты говорила, что ученица его, а он колдун злой, так и ты значит злая? — спросил Вильд.

— Может и злая.

— Снова ты за свое — может то, а может это. Если злая, чего нам помогаешь город расколдовать?

— А чего ты решил, что это я вам помогаю?

— А кому? Говори старуха, не молчи, а то снова какой секрет рассказать забудешь, как про дракона.

— Нет у меня секретов. А не хотите идти, так и скажите, я кого другого найду. Щит только оставьте. Вам с ним все равно без моего ведома от меня уйти не получится. — сварливо ответила она.

— Сказали же тебе, старуха, что беремся город расколдовать, значит беремся. Не передумали. — Вильд взял у Василия щит.

— Ты щит этот опосля того как колдуна убьешь должен кузнецу отнести, — успокаиваясь произнесла старуха.

— Чего? Какому кузнецу?

— Да есть один. На север отсюда, — старуха махнула рукой, показывая направление. — Спросите про него. Его там многие знают. Он каждый день в своей кузнице меч один кует. Каждый день идет и кует, а выковать не может. Ты ему этот щит отдать должен. Он меч и докует. Ты смотри этот меч не бери. Нет в тебе пока силы, достойной этого меча. Не забудь про кузнеца-то. Щит никому другому не отдавай.

— Веретено. — Василий в который раз протянул руку.

Старуха ушла за стол и наклонившись начала там упорно что-то двигать. Василию не терпелось расколдовать город, и он торопил старуху почти каждую минуту.

— Какой нетерпеливый, — бранилась она, продолжая рыться в своих вещах. В чем конкретно, путникам с их мест видно не было, только слышали грохот двигающихся предметов.

— Вот, — она положила на ладонь Василия веретено.

На руке Василия веретено подпрыгнуло и сразу попыталось убежать. Василий взмахнул руками и еле поймал его, еще немного и оно оказалось бы на полу, рванув в открытую дверь.

— Надо же, деревянное, а как живое, — пробормотал он, крепко сжимая веретено, которое даже оказавшись в руках, не оставляло своих попыток вырваться на свободу.

— Так оно ж раньше и было живым. Думаешь, чего оно так к заколдованному лесу стремится? Потому как знает — добежит, снова живым станет.

Василий опасливо посмотрел на веретено, неожиданно подозрительно затихшее.

— Не боись, не укусит. Сам же сказал — деревянное оно. — рассмеялась старуха. — Смотри, не упусти. Только оно дорогу знает. Больше никто дороги в дремучий лес не знает. Все запомнили?

Вильд и Василий кивнули, продолжая постоянно поглядывать на веретено, которое подозрительно смиренно вело себя.

— Я вам все сказала, ступайте. — попрощалась с ними знахарка и скрылась в глубине дома.

Путники еще несколько мгновений посмотрели ей вслед, а затем развернулись и пошли к выходу. Вильд разглядывал щит в своих руках и примерялся к нему, а Василий со всех сил старался удержать веретено, которое вдруг снова взбесилось, оказавшись удивительно прытким, и при любой возможности норовило вырваться на свободу.

— Выпускать веретено? — спросил Василий, когда они выехали за деревню.

— Выпускай.

Василий разжал руку и веретено сразу спрыгнув с нее устремилось в путь. И путь этот лежал отнюдь не по дороге. Веретено бежало вперед как раз не разбирая никакой дороги. Ему не важно было что перед ним: поле, лес, кусты, овраг — оно двигалось дальше, не обращая ни на что внимания.

Долго путники за веретеном скакали иль не долго это как посмотреть. Однако не мало времени у них уходило это веретено споймать, чтобы оно не убежало, когда они привал собирались делать. Каждый раз это было целое небольшое приключение, ведь оно совсем не желало быть спойманым и начинало еще активнее убегать, стараясь остаться на свободе и продолжить свой путь.

Веретено бежало быстро, кони когда рысью, а когда и галопом только и поспевали за ним. И это то кони выносливые, боевые. Что говорить про пешего человека или обычного коня, от таких веретено бы убежало вмиг и догнать его не было бы никакой возможности.