Однако Серёжа уже вспомнил своё намерение не спускать с Грини глаз. Да, неожиданная дружба Олега, его приглашение поехать на дачу, так обрадовали, что он обо всём забыл. На минуточку. А теперь вспомнил. И пакетик с хирургическими ножами вспомнил.

- Конечно прогуляемся! - Серёжа повернулся к Грине, улыбнулся приветливо. - По такой жаре только к реке и нужно ездить.

- Вот и славно, а я побежал. Погляди там в холодильнике, что можно взять с собой. - Игорь махнул рукой. - До вечера!

Надо было предупредить Олега. Ладно, он позвонит ему, телефон найдёт в справочной книге. А пока мальчик достал из холодильника огурцы, помидоры, всякую зелень, колбасу. На пикнике хорошо шашлыки делать. Но мяса не было. Зато обнаружились три штуки замороженных куриных окорочка. Вполне можно зажарить на костре, решил Серёжа.

Гриня крутился рядом, помогая складывать продукты в небольшой походный Серёжин рюкзак.

- Соль и перчик прихвати, - подсказывал. - И хлеб. И спички.

Пакет с хлебом Серёжа нарочно «забыл» в кухне на столе. Когда уже вышли и стали спускаться вниз, хлопнул себя по лбу:

- Вот раззява! Хлеб забыл! Я мигом.

Захлопнув за собой входную дверь - вдруг Гриня тоже вздумает вернуться, - мальчик метнулся на балкон. Провёл рукой в столе и облегчённо вздохнул: пакет с жуткими ножами лежал на месте. С лёгким сердцем Серёжа вновь сбежал во двор, где его терпеливо поджидал Гриня.

ГРИНЯ

Скальпель с ланцетом и скорняжный нож Гриня брать с собой не стал. Они ему пока не понадобятся. На этот раз. С первого взгляда на этого мальчика Гриня знал: следующая жизнь, которая войдёт в него, будет жизнью Серёжи. Такого чудесного объекта у него ещё не было: молодость, здоровье, весёлый счастливый характер, чистота мыслей, открытое сердце. Нет, упустить всё это просто невозможно!

Гриню не смущало то, что его знает в лицо отец мальчика. Он и не станет скрываться. Сумеет всё сделать так, чтоб остаться вне подозрений. Он великий мистификатор. Чтобы не случилось, его никто никогда ни в чём не заподозрил. Как тогда - при смерти бабушки.

У осиротевшего мальчика шикарную родительскую квартиру забрали. Но городские власти всё-таки не обидели сынишку своего погибшего коллеги: он был прописан в новом доме, в хорошей однокомнатной квартире «улучшенной планировки». Там и правда была большая прихожая, вместительная кухня, раздельные ванна и туалет, балкон-лоджия. Бабушка была довольна.

- Зачем нам хоромы! - говорила она. - А эта квартира в самый раз мне и мальцу.

Как опекунша, она тоже там прописалась. Свой частный дом на окраинном городском посёлке она сдала квартирантам. Не из-за денег - бабушка не была корыстной, - а чтоб был присмотр и за домом, и за садом. Сама же с Гриней стала жить в квартире: очень ей нравились бытовые удобства, лифт и мусоропровод. Да и работа была совсем рядом с квартирой - десять минут ходьбы.

Когда бабушка оформляла опекунство над Гриней, отцы города расщедрились: дали сироте повышенное денежное содержание, возможность пользоваться номенклатурным продуктовым магазином, а также устроили бабушку на хорошую работу - в лучшую больницу, где лечилось всё городское начальство. Кое-кто из друзей погибшего Грининого отца знал, что домохранительница Ульяна Антоновна отличная медсестра. Это было так: помимо ведения хозяйства, бабушка ещё и лечила всех домочадцев, если, конечно, не требовалось вмешательство настоящего врача.

«Медицинская сестра» - было основной профессией бабушки. В больнице она недолго поработала в хирургическом отделении, а потом перешла в анатомическое, или, попросту говоря, в морг. Летом, когда Гриня перешёл из первого во второй класс, бабушка не стала отправлять его ни в пионерский лагерь, ни в санаторий, хотя путёвку для мальчика практически в любое место ей помогли бы достать. Нет, она непреклонно отвергала возможность остаться мальчику одному в детском коллективе.

- Хулиганству и вранью тебя там научат, - сказала, как отрезала. - А то ещё и разврату. Всякие пионервожатые да воспитатели друг с другом паруются на глазах у детей, а то и мальцов совращают. Знаю я эту публику!

Бабушка никогда не была замужем. Однако на интимные темы говорила с Гриней не стесняясь, невзирая на его юный возраст. Говорила грубо, откровенно. Так, например, она рассказала мальчику, как её, семнадцатилетнюю, работавшую посудомойкой в гарнизонной столовой, изнасиловали два солдата.