Читаем Обольститель полностью

— Но он обещал мне двадцать тысяч фунтов.

— Я посоветовал тебе выбросить мысли о векселе из твоей прекрасной головки. Он практически не имеет реальной цены. Пять тысяч фунтов — плата за письма. Полагаю, нам следует тщательно обдумать это предложение.

Он намекнул на то, что если он останется на ночь, они смогут потратить на обсуждение больше времени. Оно необходимо ему для выработки оптимального решения, поскольку, хотя им и не следует отказываться от пяти тысяч, эта цифра должна стать промежуточным этапом на пути к окончательному соглашению.

— Какому соглашению? — хотела знать Утрата.

Мистер Фокс ответил, что он, несомненно, сформулирует его;

Они славно поужинали. Утрата испытывала приятное волнение, потому что она напоминала себе о том, что он — необычный человек, дружба с которым полезна. Возможно, когда они сблизятся еще больше, она сможет посоветовать ему почаще менять белье и иногда принимать ванну.

— Вы о чем-то задумались,— сказал он.

— Я размышляю о будущем... о том времени, когда эти ужасные волнения останутся позади.

— О нашем будущем? — спросил Фокс.

Он заговорил о том, каким он видел свое будущее. Англия потеряет Америку, и это приведет к падению правительства. Тогда к власти придет нынешняя оппозиция. Он, Фокс, несомненно, возглавит новый кабинет министров.

Утрата представила себя хозяйкой салона, в котором она будет принимать самых влиятельных людей страны. Это была прекрасная мечта. Она увидела себя в бархате и перьях. Самая заметная светская львица. Ближайший друг и советница премьер-министра. Разве она шагнула вниз, потеряв расположение принца?

Она произнесла тост за их с Фоксом будущее. Впервые после ухода принца она была по-настоящему счастлива.

Все зависело от этого человека, который явно собирался стать ее любовником.

***

Утром удовлетворенный мистер Фокс сформулировал решение. Она отдаст вексель и письма на следующих условиях: ее долги будут присовокуплены к долгам принца (последние были так велики, что эта операция все равно ничего не изменит) и погашены казначейством; вместо пяти тысяч фунтов она получит пожизненную пенсию размером пятьсот фунтов в год; после смерти Утраты ее дочери будут постоянно выплачивать двести пятьдесят фунтов в год. Миссис Робинсон согласится только на такие условия.

Мистер Фокс был мудрейшим человеком. Она не удивлялась тому, что все восхищались им.

Король написал лорду Норту:

«Я сожалею о том, что вынужден открыть лорду Норту обстоятельства, давно мучившие меня, но я предпочитаю сделать это на бумаге, нежели в беседе; мне известно, что Вы имеете некоторое представление о вопросе. Мой старший сын в прошлом году при содействии лорда Мальдена вступил в постыдную связь с актрисой, женщиной легкого поведения; он адресовал ей множество писем, которые она угрожает опубликовать, если он не выкупит их в ближайшее время. Он далей много легкомысленных обещаний, от выполнения которых она своим поведением, несомненно, его освободила. Я счел необходимым изъять у нее эти письма с помощью полковника Хотхэма, осторожность которого позволяет полностью положиться на него в этом деле. Он подготовил его завершение и заручился ее согласием отдать письма за пять тысяч фунтов, что является весьма значительной суммой. Но я хочу избавить сына от этой постыдной проблемы».

Король откинулся назад и закрыл руками глаза. На него нахлынули воспоминания. Ханна никогда бы не попыталась шантажировать его. Ханна была порядочной, доброй женщиной. Почему затруднительное положение сына напомнило ему о том эпизоде?

Однако это произошло, и последние несколько дней образ Ханны преследовал короля.

Он испытывал усталость. Конфликт между министрами продолжался; Фокс и его оппозиция представляли угрозу; что касается семейных дел, то Фредерик находился в Германии, Уильям — на море. Неужели они подбросят ему такие же инциденты?

Вечное беспокойство...

«Нет мира в голове, увенчанной короной...»

Кажется, примерно так сказал Шекспир? Король никогда не восхищался этим поэтом. Он всегда говорил, что его слишком расхваливают; однако иногда Шекспиру удавалось найти точные слова — такие, как, например, в этом случае.