Читаем Обманутая полностью

– Вы не учитываете некоторые точки зрения, – заметил Калеб. – К примеру, окружение Мелиссы Купер. Посвященных куда больше. Ее сыновья. А также подруги, как сказал ее старший сын. Доурик не единственный знал обо всем. Кроме того, мне на ум приходит лишь один человек, от кого вы могли получить сведения насчет Нормана Доурика. Это его бывшая супруга, мисс Доурик. Она тоже была в курсе происходящего.

– Но мне кажется, что Норман знал больше других, – возразила Кейт, уже немного успокоившись. – Вы правы, о происходящем знали несколько человек. Но из того, что я узнала от Сюзанны Доурик и от подруг Мелиссы в Уитби…

Калеб одарил ее суровым взглядом, но Кейт и глазом не моргнула.

– Разрыв между моим отцом и Мелиссой выглядит крайне загадочно, и никто не знает, почему так произошло. Очевидно, что-то случилось, и они это скрывали. Но Сюзанна Доурик считает, что ее муж знал причину. И никто, кроме него. Однако он не желал говорить об этом даже с ней. И он отдалился от моего отца. Их дружба серьезно пошатнулась – и никогда уже не восстановилась. И вот что странно: по словам Сюзанны, Норман осуждал моего отца за то, что тот изменял моей матери, но при этом оставался его другом. И вот отец разрывает отношения с Мелиссой, возвращается к жене – и внезапно их дружбе приходит конец. В тот момент, когда все вроде бы становится на свои места. Почему? Что произошло, что предшествовало этому разрыву? В этом ключ, Калеб. Когда мы выясним это, то узнаем, кто их убил. И почему.

– Хм, – протянул старший инспектор.

Во всем этом была своя логика, но ему стало не по себе, и он не мог понять, отчего. Возможно, если быть честным перед собой, причина крылась в том, что он внезапно почувствовал себя новичком, нуждающимся в помощи – от женщины, которая была младше и по возрасту, и по рангу. Которую, как он знал, никто из коллег не назвал бы знатоком своего дела. Не говоря уж о том, что она и собственную жизнь не могла привести в порядок.

– Вы помешались на поисках Дениса Шоува, – сказала Кейт.

Очередной камень. Калеб вдруг ощутил ребяческое желание сказать что-то в ответ, что уязвило бы ее.

– Вам не стоило бы искать за всеми ошибки, Кейт. Вам тоже следовало бы получше присмотреть за нашей свидетельницей. Видимо, это большое искусство, вот так позволить ей улизнуть.

Кейт вздрогнула, и Калеб уже пожалел о своих словах. Это было гнусно и несправедливо с его стороны. Все, что происходило на территории фабрики, находилось в компетенции полиции Ливерпуля, и ответственность лежала на них.

– Простите, – поспешил он исправиться. – Вы ни в чем не виноваты, Кейт.

Но Калеб видел, что она и без него осыпала себя упреками.

– Я была как будто в оцепенении. Столько надежд возлагала на разговор с Норманом… Я разыскивала его два дня. И обнаружить его вот так… На какое-то время я даже соображать перестала. Я и не думала, что Грейс может сбежать. А когда опомнилась, было уже поздно. Она как сквозь землю провалилась.

– Такое вполне могло случиться и со мной, – честно признался Калеб. – Наверное, она испугалась, что ее накажут за кресло. Абсурдно так думать, но никто не знал, что творится у нее в голове.

Кейт кивнула, однако его слова, похоже, ее не убедили.

– Есть какие-то результаты? – спросила она. – Известно уже, где и как был убит Норман? И когда?

Калеб уже разговаривал с коллегами из экспертного отдела, хотя первые результаты можно было назвать лишь с некоторыми оговорками.

– По всей вероятности, Норман Доурик утонул. Предполагается, что место преступления и обнаружения одно и то же.

Кейт содрогнулась.

– Его утопили в этой бочке? На этой самой фабрике?

– Похоже на то. Это произошло довольно давно. По первым оценкам, в январе или феврале этого года. Но позже удастся установить более точное время.

– То есть примерно в одно время с моим отцом…

– Да. Возможно, чуть раньше.

– Беззащитный калека, прикованный к инвалидному креслу… Кто на такое способен?

– Местные коллеги подозревают банду подростков. Похоже, в этом районе действует несколько группировок, способных на подобные преступления. Не стоит упускать из виду данный фактор. Конечно, это оказалось бы невероятным совпадением, но нельзя исключать, что убийство Нормана Доурика не имеет никакого отношения к нашим убийствам в Йоркшире.

– Вы действительно считаете, что это возможно?

– Я лишь говорю, что нельзя исключать ни один вариант, – он улыбнулся, впервые с той минуты, как вошел в номер. – Ваши слова, Кейт. Сами призывали меня к этому.

Возразить на это было нечего.

– Верно.

Калеб взглянул на часы.

– Уже десятый час. Я с утра ничего не ел. Тут рядом есть паб – может, у них что-нибудь найдется…

– Я не голодна.

– Но когда вы ели в последний раз?

– Утром, как и вы.

– Пойдемте, ну же. Хоть раз дайте себе поблажку, Кейт.

Калеб видел, что она лихорадочно ищет какую-нибудь отговорку. Словно не было ничего хуже, чем просидеть с ним лишний час в пабе, перекусить и выпить кружку пива.

Нет. В его случае – воду.

– Заключим мир, – предложил Калеб. – Договорились? Если причина в этом.

– Мир? Мы разве вели войну?