Читаем Обмани, но люби полностью

Как все-таки хорошо, что она захватила с собой белые туфли-лодочки, – собирая вещи для поездки, Белла сомневалась, что представится случай их надеть.

Горничная в самом деле быстро управилась с костюмом.

– Синьор сказал, что вы можете спуститься в патио, когда будете готовы, – произнесла она.

Мысль о Леоне заставила сердце Беллы биться сильнее. Она все еще помнила прикосновение его губ, и это наполняло ее неведомым прежде восторгом.

Одевшись и бросив последний взгляд в старинное напольное зеркало, Белла решила, что готова присоединиться к хозяину дома. Одобрит ли он ее наряд? Что, если нет? Насколько это важно для нее?

Поцелуи Леона стали для нее откровением. В тот момент каждый нерв в ее теле наполнился жизнью. То, что он ее сводный брат, как-то отступило на второй план, стоило им на секунду предаться желанию.

Не желая заставлять Леона ждать, Белла бросила последний взгляд на фотографию, которую поместила на туалетный столик, вышла из комнаты и спустилась вниз, в холл. Она помнила, как пройти в патио, но не успела подойти к застекленной двери, как к ней подбежала большая коричневая собака, приветливо виляя хвостом. Задержавшись, чтобы погладить ее по голове, Белла увидела, что Леон в патио не один.

На руках у него была очаровательная белокурая малышка в розовом сарафанчике и розовых сандаликах, цвет которых резко контрастировал с черной шелковой рубашкой, в которую был одет Леон. Приникшей к его груди девочке было месяцев семь.

Он ходил с ней по двору, что-то приговаривая, снова и снова целуя ее то в щечку, то в шейку. Эта сцена произвела на Беллу такое сильное впечатление, что на глаза ей навернулись жгучие слезы. Каково это – быть настолько любимой…

Белла вздрогнула. Она помнила ощущение этих губ на своих губах. И к своему стыду она тогда очень не хотела, чтобы он останавливался.

Эта девочка – его дочь? Может, она дочь Данта, его брата? Белла мало знала о семье Леона.

Он, видимо, почувствовал ее присутствие, повернулся, и глаза их встретились.

– Вижу, вы успели познакомиться с Руфо. А теперь идите сюда и познакомьтесь с моей дочерью. Это Кончитта.

– Ваша дочь? – удивленно воскликнула Белла. Это, конечно, объясняло нежность, которую он проявлял к ребенку. – Ой, – заворковала она ласково, – ты маленькая красавица. – Белла осторожно дотронулась до ручки малышки, цеплявшейся за рубашку отца. – Я много повидала деток в приюте, но не видела никого с таким нежным личиком и кожей. Ты похожа на фарфоровую куколку. – Она подняла глаза на Леона. – Карие глаза у нее, наверное, от матери?

– Кончитта очень похожа на мою жену.

– Она определенно была красавицей.

Леон поцеловал дочь в лобик:

– Вы, наверное, удивляетесь, что я до сих пор ничего не говорил о своей дочери. Просто мы были заняты более важным вопросом. Я собирался познакомить вас, после того как вы согласитесь приехать ко мне домой и встретиться с Люсианой.

– Вам не в чем оправдываться. Вы сочтете меня очень бесцеремонной, если я спрошу, как погибла ваша жена?

– Нет. Она умерла при родах.

– Ох! Как это ужасно было для нее… для вас… – Белла перевела взгляд на малышку. – Ты потеряла маму? Но такие крошки не должны расти без мамы. Как мне жаль, милая… – У нее задрожал голос. – Но ты, по крайней мере, будешь всегда знать, какая она была, ведь у тебя есть папочка, который ее очень любил. И у тебя остались фотографии.

И Белла непроизвольно поцеловала маленькую ручку, затем подняла глаза на Леона.

– Видимо, были какие-то осложнения при родах?

Он крепче прижал к себе девочку:

– Вскоре после нашей свадьбы у Бенедетты обнаружили туберкулез кожи.

Белла, не сдержавшись, ахнула:

– У нас в приюте им болела одна из сестер.

Леон снова поцеловал головку девочки:

– Отец Бенедетты – его уже нет в живых – содержал собачий питомник в имении моего отца. Мы с ней дружили с детства. Когда я вернулся домой, окончив колледж и проработав некоторое время в банке, мы по-настоящему полюбили друг друга и поженились. Свадьба была скромная, на ней присутствовали только самые близкие. Во время беременности болезнь Бенедетты обострилась. Проявился тромбоз вен одной ноги, до той поры скрытый. Сгусток крови оторвался и попал в легкое. В конечном счете это привело к параличу сердца.

– Ох, Леон…

– Кончитта родилась преждевременно. Было особенно больно, что Бенедетта умерла, так и не успев подержать нашу дочь на руках.

Сердце Беллы сжалось от боли.

– Есть опасность, что Кончитта унаследует эту болезнь?

– Нет. Педиатр сказал, что она здорова. Не всегда заболевание передается ребенку.

– Слава богу! – воскликнула Белла. – Как ей повезло, что у нее есть папа. Девочкам необходимы отцы.

Взгляд Леона проник ей в самую душу.

– Вы считаете, что это возможно – выполнять двойные обязанности? – спросил он резко.

Белла услышала в его голосе уязвимость, и это потрясло ее. Выходит, и у этого загадочного принца, который так жадно целовал ее, есть свои слабости. Драгоценный ангелочек, живая копия женщины, которую он любил и потерял.

– С отцом, который ее любит больше всего на свете, она получит всю любовь, в которой нуждается.