Читаем Обмани, но люби полностью

Леон превратил в реальность ее мечту найти родную мать. Белла была его должницей. После стольких лет бесполезных иллюзий она наконец нашла ответ!

Бросив взгляд на Леона, который, казалось, был чем-то удивлен, Белла решила, что может положиться на его слово. Она даже в самой себе не была так уверена. Ей хотелось увидеть мать, пока она еще оставалась в Римини. Но нет! Чем скорее она покинет Италию, тем лучше. Она больше никогда не увидит Леона. Как с этим примириться?

«Тебе придется, Белла!» – твердил внутренний голос.

Впереди показалось здание библиотеки. Белла спрятала фотографию в сумочку и достала ключи от машины. Едва Леон затормозил на стоянке, как Белла открыла дверцу и выбралась наружу, не дав Леону возможности помочь ей. Еще мгновение – и она юркнула в свой автомобиль.

Увидев, что он подходит к ней, она опустила стекло.

– Спасибо вам за все, Леон. Я никогда не забуду вашей доброты.

– А я никогда не забуду вас, – произнес он. – Желаю вам успехов в новой должности. И благополучно добраться до дома.

Дом… Теперь смысл этого слова уже не был прежним.

– До свидания. – Белла включила мотор и тронулась.

Из отеля она немедленно позвонит в аэропорт и поменяет авиабилеты.

В зеркало заднего вида она заметила, что Леон стоит и смотрит ей вслед. Он напомнил ей самоотверженного рыцаря из Средних веков.

Белла свернула за угол, и Леон пропал из вида. И тут ей в голову пришла мысль, от которой сжалось сердце. Он не выразил особого огорчения при расставании. И отпустил ее слишком легко. А ведь он мог бы перевернуть землю, если бы захотел.

Едва машина Беллы исчезла за углом, Леон позвонил Риггио и велел ему ехать в отель и не выпускать Беллу из виду. Если она куда-то направится, он должен последовать за ней.

Затем Леон справился о дочери и предупредил экономку, что может вернуться поздно. После чего поехал в банк, чтобы поговорить с отцом.

Отец был в кабинете, разговаривал по телефону. Он махнул сыну, приглашая войти. Ожидая, пока отец закончит деловой разговор, Леон налил себе кофе и принялся ходить взад-вперед с чашкой в руке. Знает ли отец о существовании Беллы или нет, все равно их предстоящий разговор станет для него потрясением.

– Рад тебя видеть! – воскликнул отец, вешая трубку. – Ты, случайно, заехал не за тем, чтобы сказать, что решил наконец окончить траур и собираешься обратить внимание на женщину, о которой я тебе говорил?

– Нет, папа. – Женившись на Бенедетте, Леон поступил вопреки замыслам отца, мечтавшего, чтобы сын заключил брак с женщиной их круга.

Леон не хотел ранить отца, он давно любил Бенедетту и отказался учитывать его пожелания в вопросе собственного брака.

– Я пришел, чтобы обсудить одну очень деликатную тему. – Леон закрыл дверь кабинета, чтобы никто не смог их побеспокоить. – Поскольку ты только что благополучно прошел свое ежегодное медицинское обследование, я полагаю, ты с этим справишься.

Граф нахмурил темные брови:

– Леонардо, ты заставляешь меня волноваться.

– Я сам очень взволнован. – Он пристально посмотрел на отца. – Это касается Люсианы.

– Ты намекаешь, что она скрыла от меня результаты своего обследования? – Тревога в его голосе лишний раз подтвердила, как сильно отец привязан к своей жене.

– Ты же сам сказал мне, что она, как и ты, вполне здорова. Я говорю сейчас об одной тайне, которую она, возможно, скрывала от тебя до вашей свадьбы. – Леон никогда не любил ходить вокруг да около.

Его слова заставили отца вскочить с кресла. Их взгляды скрестились.

– Ты знаешь?

Леон едва не выронил чашку. Этот вопрос свидетельствовал, что отцу известно все о ребенке Люсианы, и давно. Он поставил чашку на буфет:

– Если мы говорим о ее внебрачном ребенке, то да.

Угольно-серые глаза Саллисто потемнели еще больше, их словно заволокло туманом.

– Как ты узнал? – Его голос дрогнул.

Леон набрал в грудь воздуха, чтобы немного успокоиться.

– Я скажу тебе, но сначала ответь на один вопрос. Она отказалась от ребенка по собственному желанию, или ей пришлось? Прежде чем мы продолжим разговор, я должен знать всю правду.

Лицо графа выразило глубокую скорбь.

– Ей пришлось.

– Ее изнасиловали? – Вопрос повис в воздухе, как высоковольтный провод.

Отец глубоко вздохнул:

– Нет.

– И тебе известно, кто был отцом ребенка?

На его щеке дернулась мышца.

– Да. Но если ты полагаешь, что это я, то ты ошибаешься.

– Мне это даже в голову не пришло, – искренне ответил Леон. – Я знаю, что ты человек порядочный.

– Спасибо. – Граф кашлянул. – Отвечаю на первый твой вопрос… Люсиана дорожила своей дочуркой больше собственной жизни. И дня не проходит, чтобы она не вспоминала ее, не тосковала по ней. Она не говорит об этом, но я вижу, как она грустит, как плачет украдкой, когда думает, что я не замечаю.

Эти слова переполнили Леон радостью за Беллу, казалось, с плеч спала тяжкая ноша.

– Как же вышло, что она отдала ее?

– Тебе придется выслушать историю с самого начала.

– Я внимательно слушаю.

Граф прошелся по комнате: