Читаем Обломки нерушимого полностью

Чаша терпения Калли явно была переполнена. Последовал неслыханный взрыв негодования:

– И что же ты делаешь?! Ноешь, приказываешь, оскорбляешь?! Ах да, еще не могу не упомянуть то, как ты здорово помог нам, отдав наши последние деньги аферистке Адоринде!

Спенсер тоже горел бешенством, но что-то не позволяло ему в полной мере отдаться воле эмоций. Позднее мистер Лаффэрти понял, что именно сдерживало его. Страх. Калли напугала его. Вернее, то, что было очень похоже на Калли, но все равно незнакомое, дикое, исполинское. Бешенство схлынуло. Спенсер глядел с тревогой на девушку, что когда-то была его кроткой, вежливой дочуркой, лишь иногда впадающей в благородное негодование, но умеющей при этом вовремя укротить себя, дабы не учинить скандал.

– Черт с тобой, – сказала Калли, когда волнение мало-помалу успокоилось в ее крови. – Я еще вот что хотела сказать тебе, отец. С понедельника ты будешь работать в «Кэнди Грэдди». Только сначала нужно пройти стажировку. Это недолго.

– Что? Не понял… – трусливо отозвался мистер Лаффэрти.

– Помнишь, ты сказал, что если у нас все совсем худо будет, то пойдешь работать поваром в кафе? Я все устроила.

Обуреваемый непомерной гордыней, Спенсер возопил:

– Я?! Поваром?! Чтобы я, Спенсер Лаффэрти, глава фирмы…

– Твоей фирмы нет и в помине, забудь ты о ней! – опять впала в неистовство Калли. – Ты больше не глава! Ты даже не глава нашей семьи, если еще не заметил! Жалкий бездельник – вот ты кто!

– Я не буду работать поваром, – спокойно гнул свою линию отец. Калли уязвила его так сильно, что даже страх перед ней больше не мог усмирить его. – Сколько мне лет, а? Я уже стар для освоения новой профессии! Я привык руководить. Я люблю тратить время только на то, что приносит большие деньги! Калли… я понимаю, ты, наверное, устала, но, в конце концов, младшие должны заботиться о старших. Это норма!

– А разве я не забочусь о тебе?! Я оплачиваю жилье, покупаю продукты и еще успеваю кровью и потом добывать деньги на лечение мамы! Папа, я прошу, нет… молю, помоги мне! Мне тяжело одной содержать нашу семью! – Калли так надеялась, что ее вопли отчаяния возымеют действие, но отец, к сожалению, остался глух к ее мольбам.

– Ты хоть понимаешь, как это унизительно? Меня будет обучать какой-то щегол. Меня! – Шум в поздний час заставил хозяек квартиры и мистера Дила заглянуть на кухню, чтобы разобраться в чем дело, но Спенсер, вне себя от злости, закрыл дверь перед их недовольными мордами и продолжил, не понижая тона: – Я протестую вот еще по какой причине: я должен всегда быть свободен, чтобы иметь возможность навещать Мэйджу в любое время. Несмотря на то что она в больнице, ей необходимо присутствие родного человека, который смог бы разделить с ней ее страдания.

– Мы с Бенни тоже часто навещаем ее.

– Этого недостаточно. Вы слишком заняты, и ты сама это подтвердила.

– Интересно… сколько еще отговорок ты придумаешь, чтобы не соглашаться на якобы недостойную для тебя работу? Хитер ты, отец. – Дьявольские огоньки заполыхали в глазах Калли. Она злорадно усмехнулась, а затем обратилась к отцу с лицом, налившимся кровью: – Яви божескую милость, собери свои вещи и покинь мой дом.

– Что ты сказала?.. – с ужасом спросил Спенсер.

– Если ты хочешь жить в МОЕМ доме, то должен подчиняться МОИМ правилам. Если же ты с этим не согласен, то вали отсюда на все четыре стороны. Я не собираюсь тащить на своем горбу престарелого иждивенца!

– Да как ты?.. Я… Мне плохо, Калли. – Восковая бледность вкупе с резкой усталостью свидетельствовали в пользу Спенсера. Однако Калли это ничуть не умилостивило.

– Нам всем плохо, отец. Из-за тебя нам всем плохо!

Проснувшись следующим утром, Спенсер был уверен, что дочь остыла, переменила свою позицию, и они будут жить в ладу друг с другом как раньше. Какого же было удивление мистера Лаффэрти, когда после завтрака Калли приказала брату помочь отцу собрать вещи. Еще больнее ранило Спенсера то, что Бенни не стал ничего спрашивать и, не предприняв ни единой попытки защитить отца, с молчаливой покорностью отправился за чемоданом. Вот в этот момент Спенсер наконец убедился в том, что он действительно больше не является главой семьи. Всем правят его дети… Подумать только!

Стоит ли говорить о том, что Калли все-таки добилась своего? Вскоре «Кэнди Грэдди» обзавелся новым поваром со скоропостижно скончавшимся самомнением.

* * *

Калли была частой гостью «Робин Гудов» и уже считала их квартиру своим вторым домом. Только в тот день она застала лишь главаря. Бейтс отлучился по какому-то неотложному делу (Калли позже догадалась, что Савьер навещал сестру).

– Нехорошо ты с нами поступаешь, Калантия, – начал с порога Инеко. – Все это время ты водишь нас по мелким точкам. Нет, твои подружки – дамочки состоятельные, не спорю. Но мы тут с Савьером узнали, что в Бэллфойере обитает по-настоящему «крупная рыба». Есть некая богатейшая особа Кармэл Дилэйн. Знаешь такую?

– Кто ж ее не знает? – невозмутимо ответила Калли.

– Так почему ты до сих пор молчала?! Почему мы еще не пришли к ней в гости?

– Инеко, нам туда не пробиться.