3. Хотя в животе нет никакой кости, но там возникают такие опасные свищи, что Сострат даже считал их неизлечимыми. Однако опыт показывает, что дело обстоит не совсем так. И даже, а это может показаться чрезвычайно удивительным, свищи у печени, селезенки и желудка менее опасны, чем у кишечника; их опасность определяется не местом, где они находятся, а тем, что они готовят почву для другой болезни. Некоторые писатели на опыте весьма мало познали сущность этой болезни. Ведь живот также часто пробивается дротиком и выпавшие кишки вправляются, а края раны стягиваются швами. Как это делается, я вскоре укажу. Так, когда даже тонкий свищ пронизал живот, его следует вырезать, а края соединить швом. Но если этот свищ открылся в глубине, то необходимо, произведя разрез, оставить более широкое отверстие, поскольку с внутренней стороны, лишь применив большую силу, можно наложить шов.

Следовательно, когда какой-нибудь больной начинает ходить и двигаться, этот шов разрывается и вываливается кишечник; человеку от этого суждено погибнуть. Однако не во всех случаях дело настолько безнадежно, и при более узких свищах лечение следует применять.

4. Кроме того, особого внимания требуют свищи, находящиеся в заднем проходе. Следует, опустив в них до самого дна головку зонда, рассечь кожу, а затем через это новое отверстие вывести зонд следующей за ним нитью, которая соединена с просверленной для этой цели противоположной частью зонда. Затем необходимо захватить нить и связать ее с другим концом, чтобы она слегка удерживала кожу, находящуюся поверх свища; эта нить должна быть суровой и перевитой дважды или трижды так, чтобы она представляла единое целое. В этом случае больному, как и вполне здоровому человеку, надо заниматься делами, совершать прогулки и омовения, принимать пищу.

Необходимо эту нить лишь дважды или трижды в день проводить, не касаясь ее узла, так, чтобы входящая в свищ часть нити становилась на место той, которая была выше. При этом не следует допускать, чтобы эта нить начала гнить, но на третий день узел необходимо развязать и привязать к концу другую свежую нить и, выведя старую пить наружу, оставить в свище новую с таким же самым узлом. Ведь мало-помалу, таким образом, эта нить рассечет кожу, которая находится над свищем, причем излечивается та часть, которая освобождена от нити, а та, которая еще удерживается ею, рассекается. Этот способ лечения продолжителен, но не сопровождается болью. Те, кто торопятся, должны стягивать конец нитью, чтобы она быстрее рассекла кожу, а ночью надо ввести внутрь корпию на чем-либо тонком, чтобы кожа тем самым становилась тоньше от растяжения, однако все это причиняет боль. Быстрота влечет за собой также и страдания, если и нить, и то, что вводится вместе с корпией, намазывается каким-либо лекарством из числа тех, которыми, как я отметил, разъедается мозолистая ткань. Однако может оказаться, что в этом месте также необходимо прибегнуть к лечению скальпелем, если свищ направлен в глубину и если свищи многочисленны. В таких случаях, опустив в свищ зонд, необходимо рассечь кожу двумя разрезами так, чтобы между ними находилась очень узкая полоска кожи, которая не даст сойтись краям раны; на это место необходимо наложить корпию, но как можно меньше, а во всем остальном действовать так, как было изложено в отношении лечения нарывов. Если же с одного края свища находится много изгибов, то необходимо рассечь скальпелем прямую его часть; другие же отходящие от нее свищи, которые будут обнаружены, лечить при помощи нити. Если какой-нибудь свищ проникает так глубоко, что ножом туда войти не безопасно, туда необходимо опустить мазь. Во всех подобных случаях, производится ли оперативное лечение или с помощью лекарств, пищу надо давать жидкую, питье без ограничений и долгое время воду; когда нарастет мясистая ткань, тогда только можно будет принимать нечасто ванну и пищу, укрепляющую тело.

Г л а в а V. Об извлечении метательного оружия из тела