Марк не спорил, когда Кирилл предложил переехать в другой дом. Осторожно перенесли старика, с удобствами разместили на широкой кровати. На мансарде, задуманной как спальня. Собрали с ближайших магазинов большое количество еды, лекарств и прочих полезных припасов. Кирилл заколотил окна досками, укрепил двери, заготовил много дров. Изучил забор по всей территории и устранил слабые места. Внутри двора, а также за его пределами, натянул километры верёвок, чтобы усложнить жизнь неуклюжим Чистильщикам. На балконе мансарды сделал ход на крышу, и Марк имел возможность дежурить, выглядывая опасность сверху, пока Кирилл занимался чем-нибудь во дворе.

Окна первого этажа пришлось заколотить досками, оставив во мраке зал и кухню.

Ко всему прочему, закрепил на балконе канат для быстрого побега из дома в случае необходимости. Тоже самое проделал с противоположным окном, надеясь, что пути к отступлению никогда не пригодятся.

Безумцы пока не беспокоили, и всё свободное время выжившие тратили на подготовку к их атаке. Не отвлекаясь на интернет-мемы, видео на «Ютубе» или бесполезную переписку в социальных сетях, Кирилл и Марк достаточно быстро выполнили список необходимых дел.

Мальчик часами дежурил на крыше, выглядывая врагов, а Кирилл додумался выкопать траншею вокруг территории дачи. Для злых и неуклюжих зомби это должно было стать непреодолимой преградой. По крайней мере, двое выживших на это очень надеялись.

Тяжёлый труд и рассказы мальчика о счастливой прошлой жизни помогали отвлечься от гнетущих мыслей. Но каждый вечер Кирилл засыпал с размышлениями о том, что делать дальше. Быстро подкрался сентябрь, пролетело бабье лето, а впереди маячила зима. В ожидании которой заготовили немыслимое количество дров. Насчёт еды переживать не стоило, так как подвал ломился от урожая с ближайших огородов и товаров из всех ларьков и магазинчиков в округе. Кирилл, если припрёт нужда, был готов съездить в Иркутск и опустошить супермаркет, до которого не добрались мутанты.

Но, что дальше?!

21

Старик не пережил и сентября.

Кирилл и Марк в очередной раз ушли на промысел. Предстояло перетаскать в дом остатки дров из соседних дачных участков. Излишние запасы не помешают, если сибирский мороз ударит по полной в предстоящую зиму. Дом хоть и казался достроенным, но тепло легко улетучивалось сквозь стены, стоило первым холодным ночам проверить его на стойкость.

Леонид Геннадьевич, предчувствуя смерть, упал с кровати и попытался доползти до лестницы. Под ногтями застряла краска с пола, а на голове зацвели ссадины и синяки.

Кирилл и Марк несколько часов переносили и плотно укладывали дрова на некогда просторной кухне. В сарае и на веранде уже попросту не было места, а хранить под открытым небом колотые полешки не хотелось.

Пока двое копошились внизу, на втором этаже медленно коченел старик. Ветеран, прошедший войну, но непонятно зачем выживший во время «Перезагрузки».

Кирилл распорол о гвоздь куртку и решил, что на сегодня хватит. Умылся, сел возле печки и, кое-как вдев нитку в ушко иголки, принялся неумело зашивать прореху. Марк топтался рядом, разогревая котелок каши с тушенкой.

Ветерана тем временем уже облепили сонные осенние мухи.

Сегодня была очередь Кирилла кормить старика. Перекинув через плечо кухонное полотенце, парень взял в одну руку тарелку с кашей, а кружку тёплого чая в другую, чтобы в один заход подняться наверх.

Исхудалое тело на полу не ужаснуло Кирилла. Трупы стали настолько привычным явлением в современном мире, что парень только тяжело вздохнул и аккуратно поставил еду на пол. А не выронил из рук, как это бывает в глупых фильмах.

Вытерев пальцы о полотенце, попытался нащупать пульс на шее старика. Не вышло. Значит, всё-таки отмучился. Кирилл ещё немного постоял над телом мертвеца, а потом, стараясь не шуметь, перенёс на кровать. Поправил одеяло и подушку, сложил коченеющие руки на груди и попытался закрыть беззубый рот. Не получилось, но уже пора было звать Марка, чтобы сообщить плохую новость.

Кирилл обернулся к лестнице, услышав скрип ступенек. Мальчик стоял и, широко открыв глаза, не моргая, смотрел на старика. По щекам покатились слёзы. Не выдержав, Марк подбежал к Кириллу и ткнулся лицом в его грудь. Оставалось только гладить по голове и говорить что-то успокаивающее. Как назло, действительно важных и нужных слов не нашлось.

– Да ладно, Марк, всё образуется. Мы справимся.

Мальчик только сопел, видимо, пытаясь не разреветься в голос.

– Леонид Геннадьевич прожил долгую жизнь, героем войны был. Не заслужил он так умереть.

Марк не сдержался и, содрогаясь всем телом, заревел, обняв Кирилла за пояс. Мужчина пытался сказать что-то ещё, но глаза предательски защипало и голос дрогнул.

– Нам придётся его похоронить, Марк.

– Я знаю, знаю. Надо только успокоиться. Я же уже взрослый.

Да, после всего, что пережил этот мальчишка, он мог распрощаться с беззаботным детством и считать себя взрослым. Вот только сейчас Марк больше походил на неопрятного, потерявшегося котёнка, которого нужно срочно отмыть и пожалеть.