Читаем Новый Мир ( № 7 2011) полностью

Музыку я люблю, что и говорить. Не зря же в ней зыка есть, вы как думаете? Не всю, конечно, но разную. Музыка — это мое, точно. Тока, как у нас говорили. Даже самое мое, пожалуй. Сколько себя помню, всегда музыку любил слушать. Это с детства у меня.

 

Вспоминает.

 

В детстве, помню, музыка была по телевизору: фильмы, передачи, концерты... А где еще? По радиоточке все больше говорят, магнитофонов не было, на концерты не ходили. Пластинки? Ну разве что пластинки. Пластинки были, но детские: “Чебурашка”, “Лев ушел из дома”, испанские сказки про “кто самый ленивый”, голубые из “Колобка”... Взрослые пластинки были у тети. Она жила по соседству с бабушкой, и можно было приходить к ней слушать Высоцкого. Была еще музыка для аэробики, но там интересными были только картинки с упражнениями. А Высоцкий нравился весь. Даже обложки — пару десятков широких пластинок с крупными портретами: с сигаретой, с бородой, с бородой и сигаретой... Песни были хорошие, но интереснее всего было про спорт: боксера Буткеева, конькобежца Федю и вообще про зарядку. Про спорт было понятно. Не то что там про главврача Маргулиса. Непонятнее всего был шансон, который слушали на даче: Шуфутинский, “Лоцмэн”, позже Круг. Было здорово гонять по вечернему поселку на “Орленке” и распевать во все горло: “Надоело нам волыны маслом мазать день-деньской. Отпусти, маманя, сына, сын сегодня холостой”. Дачные “поиски любви” плавно перекинулись на школьную скамью, но там, в сумраке школьных огоньков, звучала уже другая музыка. С одной стороны, “Scorpions” и “Roxette”, с другой — “2 Unlimited” и “E-type”. Пожалуй, это была лучшая музыка. Смеси отрывных и медляков хватало для удачной дискотеки с головой. Или без головы. А потом школа кончилась. Последний звонок и выпускной запомнились другой музыкой: “Мы желаем счастья вам”, “Во французской стороне”, “Дорогою добра” — неизменный репертуар школьного ансамбля, в котором играл с шестого класса. “Не путал ритм ударник, / Был точен футболист. / И верим: будет в ГАУ / Учиться наш артист” — вместе с напутственным ямбом официальная часть кончилась, и началась неофициальная. Ни в какой ГАУ “наш артист” не поступил, но это уже совсем другая история.

 

Качает головой.

 

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза