Читаем Новый Мир ( № 5 2008) полностью

В каком таком Северном Онтарио, слышишь? Спрашиваю я его, себя, любого рядомбредущего по жизни. Любого рядомлежащего, рядомсидящего, рядомстоящего. В каком, к бису, Онтарио, к тому же Северном? Я там не был. Янга что-то спрашивают, а он им — мол, родился в Торонто. Вы знаете, что такое родиться в Торонто? То-то. Ро. Он. То. Онтарио начинается с того же, чем кончается Торонто. Никто не знает, что такое родиться в Торонто. Я тоже не знаю. Наверное, так себе. А может быть, хорошо. В любом случае, рождаешься в Торонто, а поешь о городке в Северном Онтарио. Там, именно там, и синие окна позади звезд, и желтый месяц, и птицы, бросающие тени на наши глаза. И все это делает нас беспомощными. Оставляет нас таковыми — в тихой дрожи воспоминания о том, чего не было. Нам никто не поможет, и мы себе не поможем, вот что значит вспомнить городок в Северном Онтарио. Голые мы на ветру, жалкие, бедные, анимула, вагула, блан-дула. Душенька наша скитается, но помнит то самое Северное Онтарио. И я помню. Там были желтые окна под синим небом. Много желтьж окон. Россыпи огней, когда вьжодишь на улицу после шести вечера зимой. Иногда луна, иногда месяц — такой особый советский месяц, неопасный, заставляющий вспоминать мультфильмы, а не бородатых идиотов в чалмах, размахивающих калашами. Что же до птиц, то только летом. Теплыми вечерами они чертили линии на фиолетово-розовом небе, и сердце млело от восторга, ах, и я так полечу, дайте срок... Не полетел, и мстит Северный Онтарио, является то во сне, то в песне. Беспомощный. Беспомощный, безнадежный, не полетел. И опять встаешь с кресла, но не для того, чтобы поставить ее еще раз, нет. Достаешь совсем другой диск, отщелкиваешь пультом раз, два, три, и вот он — “Dirty Old Town”. “Старый грязный горд”. Мы еще повоюем!

Винография:чашечка теплого саке перед обедом.

Когда я впервые услышал “Беспомощного”?

Кажется, в самом конце семидесятых. Старшеклассник, я частенько наведывался на толкучки, толчки дискачей: в отделе пластинок ГУМа, “Мелодии” на Калининском, магазине на “Октябрьской”. В один из таких вояжей был куплен или выменян диск “Кросби, Стиллса, Нэша и Янга”.