Читаем Новый Мир, 2000 №03 полностью

Ты можешь ли меня простить —

Мне нравятся чужие страны,

Ведь невозможно не любить

Те гиацинты и тюльпаны!

 

Черноголовским юношам

Ради счастья моих черноголовых я не сплю ночей.

Цинь Ши-хуанди.

Ясноголовые мои!

Какими шумными толпами

Теснитесь вы у врат МАИ

Или МЭИ, — Спаситель с вами!

Давно уже отчизны нет,

Одни Распутины и воры,

И скоро вам держать ответ

За это все, и очень скоро,

А вы все тянетесь к добру,

Архивны юноши, толпою:

Ах, как же вы не ко двору!

Молчал бы уж, Господь с тобою!

 

* *

*

И странные дикие звуки...

М. Л.

В просторы бездомного духа,

Где бродит один Агасфер,

Нежнее гагачьего пуха

Слетаются души химер.

Уставши плескаться в повторах,

Сидеть на соборах, столпах,

Купаться в бесчувственных взорах

В одной чешуе, без рубах.

Протянут когтистые руки

Они для желанных гостей,

И страстные хриплые звуки

Летят из свинцовых пастей.

 

 

* *

*

Перебирая лапками поспешно,

Поплыли утки в утренней воде,

И Друг Вселенной улыбнулся нежно,

Он, как всегда, был рядом и везде.

У девушки — цветистое крыло,

У юноши — зеленая головка,

А ты случайно здесь, и встал неловко,

И думаешь: уже и рассвело!

Проси Его!

Сегодня тишина

Насыщенна и всюду недомолвки...

Чтоб красная рассветная стена

Не рухнула, распавшись на осколки!

 

Захаров Владимир Евгеньевич родился в 1939 году в Казани. Доктор физико-математических наук, академик РАН, директор Института теоретической физики им. Ландау (в Черноголовке). Лауреат двух Государственных премий. Автор двух поэтических книг (“Хор среди зимы”, 1991, и “Южная осень”, 1992). Постоянный автор “Нового мира”. Живет в Черноголовке.

* Зимой 1920/21 года в голодном Петрограде писатели по инициативе А. Ремизова играли в своеобразную игру. Они объявили себя обезьянами, членами “Обезвелволпал” — Обезьяньей Великой Вольной Палаты (см.: Ремизов А. Взвихренная Русь). Полноправные обезьяны имели звание кавалеров. Гумилев был этим званием недоволен и требовал себе титул обезьяньего графа. Царем обезьян считался Асыка, которого никто никогда не видел.

1 Тафономия — наука о могилах, часть палеонтологии, изучающая захоронения живых существ в естественных условиях.

Как там ведет себя Шаргунов?

СЕРГЕЙ ШАРГУНОВ

*

КАК ТАМ ВЕДЕТ СЕБЯ ШАРГУНОВ?

 

Рассказы

БЕДНЫЙ РЯЗАНОВ

Девятнадцатилетний Андрей Рязанов возлюбил ближнего своего как самого себя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мой генерал
Мой генерал

Молодая московская профессорша Марина приезжает на отдых в санаторий на Волге. Она мечтает о приключении, может, детективном, на худой конец, романтическом. И получает все в первый же лень в одном флаконе. Ветер унес ее шляпу на пруд, и, вытаскивая ее, Марина увидела в воде утопленника. Милиция сочла это несчастным случаем. Но Марина уверена – это убийство. Она заметила одну странную деталь… Но вот с кем поделиться? Она рассказывает свою тайну Федору Тучкову, которого поначалу сочла кретином, а уже на следующий день он стал ее напарником. Назревает курортный роман, чему она изо всех профессорских сил сопротивляется. Но тут гибнет еще один отдыхающий, который что-то знал об утопленнике. Марине ничего не остается, как опять довериться Тучкову, тем более что выяснилось: он – профессионал…

Григорий Яковлевич Бакланов , Альберт Анатольевич Лиханов , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова

Детективы / Детская литература / Проза для детей / Остросюжетные любовные романы / Современная русская и зарубежная проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза