Читаем Новый Мир, 2000 №03 полностью

Величие связано, сцеплено с бедой — эту свою мысль из “Записок о войне” Слуцкий оснастит рифмами в стихотворении “Судьба Монако”: “В историю же — не суется, история — не для малюток. А ежели со всей душою в историю Монако метит? Пусть отвечает, как большое. Большою кровью пусть ответит”. В Слуцком-идеологе, в Слуцком-догматике всегда был силен человечный скептик, сгибавший все восклицательные знаки в вопросительные. Нельзя сказать, что догматизм для Слуцкого был неестественен, навязан извне — и нельзя сказать, что идеологичность, догматизм были для него совершенно естественны, как кожа, как дыхание. Нет, это было нечто среднее между панцирем черепахи и латами рыцаря. Не нутряное, но сбросить трудно. Поэтому на любое безапелляционное “догматическое” утверждение у Слуцкого есть человечное мучительное, но тем более веское возражение. Сначала его не слышно, оно не формулируется, остается крохотной занозой в сознании, зато потом, “обмозгованное”, “обговоренное” с самим собой, возражение отливается в ритмическую четкую формулу. На весь гром “великодержавья”, на все пренебрежение “малым” и “маленьким” (из “Записок...” о мадьярах: “Мы — маленькая нация — пахнет мюнхенской капитуляцией”), на все восхищение “величавостью правителей” и “битвами титанов” — Слуцкий сам себе ответил, сам себе возразил стихотворением “Маленькие государства...”. Резкая строчка, оскорбительное уподобление из известной эпиграммы (“маленький, словно великое герцогство Люксембург”) нейтрализуются. “Малость” не синонимична “мюнхенской капитуляции”, вовсе нет. “В маленьких государствах столько мыла, что моют и мостовые. Великие же державы иногда моют руки, но только перед обедом. Во всех остальных случаях они умывают руки”. Написанное после подавления венгерского восстания (1956), после разгрома чешского “социализма с человеческим лицом” (1968), это стихотворение оказывается расчетом за “великую историю”, в которую лучше не соваться малюткам. “Маленькие государства негромкими голосами вещают великим державам, вещают и усовещают. Великие державы заводят большие глушилки и ничего не слышат, потому что не желают”.