Читаем Новый Мир ( № 10 2013) полностью

— Нет! — каркнул дядь Клепа и повернулся, чтоб убежать, но поскользнулся, упал и, проехавшись цыплячьей грудью по гладкому камню, с диким воплем перевалился через край. Раздался удар, еще один и — тишина. Танич осторожно подошел к краю обрыва. Изуродованное тело дядь Клепы лежало среди камней в жидком крошеве льда, как в дьявольском фреше, черная вода затопила проломленную грудь, а руки, повинуясь быстрому течению, шевелились над водой, словно подавали Таничу знаки из мира мертвых. Танич не чувствовал радости. Он сел на камень, свесив ноги с обрыва. Вдалеке кричали вороны. Танич не знал, сколько здесь просидит, может, до тех пор, пока сам не свалится. Вечерело. Танич вспомнил разговор с Дианочкой и подумал: «Неужели в космосе нет мудрых цивилизаций, о встрече с которыми я мечтал в детстве, неужели в космосе никого нет, кроме огромного черного бога, который существует среди звезд, глотая беззубым ртом холодную космическую пыль? Он давно сошел с ума и не умеет ничего, только бесцельно передвигаться в пространстве, уничтожая свои давно забытые творения». Он и до Земли скоро доберется, подумал Танич и пошел на железнодорожную станцию покупать обратный билет. Чтоб никого не встретить, он свернул на объездную дорогу. По правую руку белело поле, слева тянулся бесконечный забор химкомбината. Дорогу завалило снегом, и никто не потрудился ее расчистить. Танич шел долго. Дорога не кончалась. Слева все также тянулся забор, справа белело поле. Таничу хотелось лечь и уснуть на этом холодном индустриальном ландшафте. Однако он продолжал брести, заслоняя рукой лицо от ветра. Солнце опустилось за горизонт, разлив на западе красную ртуть. Темнота надвинулась на пустое пространство, как глухота. Далекие фонари химкомбината разбавляли сумрак мигающим светом. Они подмигивают мне, подумал Танич, потому что знают все мои тайны. Он поскользнулся и подвернул ногу. После этого он едва мог передвигаться. Но он все равно шел вперед, размышляя о судьбах разных людей. Он понимал, что эти размышления лишены смысла. Но не мог не думать: о Петре, о Насте, которая живет с монтером, о мертвой проститутке Зине, но больше всего думал о Дианочке. Сможет ли она прижиться в маленьком городе, затерянном вдали от основных дорог, не найдут ли ее злые люди с холодными глазами, не отправят ли в детский дом, чтоб научить ненавидеть окружающую действительность.