Читаем Новый Мир ( № 10 2013) полностью

— Именно: кусок засохшей глины. Повторюсь: ботинок, телефон и банка ничего не значат. Их нам подсунул Молния, а значит, они лишь информационный шум. Созданная человеком загадка, которая не нуждается в разгадывании. А вот этот кусок глины, Кошевой, значит много. Молния не подозревает о его существовании, и это та самая криптограмма, благодаря расшифровке которой мы выйдем на след убийцы.

— Но что может сообщить кусок глины?!

— Всему свое время, Кошевой. — Гордеев улыбнулся. — Если я скажу сейчас, вам будет неинтересно. Однако обещаю: я назову вам настоящее имя Молнии еще до Нового года. Ну-ну, не хмурьтесь. Хотите водки? Поблизости есть замечательный кабачок.

— Мне надо уйти по делам, — сказал Кошевой. — Простите.

— Вы разочаровались во мне? Водка помогает мне думать.

— Что-то не верится.

— Отлично. Что ж, тогда до встречи. Не споткнитесь, когда будете выбираться отсюда: пол завален битым стеклом.

Кошевой ушел, а Гордеев еще немного побродил по складу, мучаясь сомнениями. Однако время поджимало: следовало забрать дубликат ключа, который он заказал накануне. Ларек закрывается в семь. К счастью, идти недолго. Через двадцать минут Гордеев был на месте. Работник ларька как раз собирался уходить: он посмотрел на припозднившегося клиента с неудовольствием, однако вернулся в ларек, покопался под прилавком и отыскал готовый ключ. Гордеев сунул ключ в карман. Затем он направился в ресторан японской кухни, где заказал графин водки и пиццу. Водку ему принесли сразу, а пиццы не было. Официантку Светочку послали извиниться перед клиентом за отсутствие пиццы.

Гордеев спал щекой в тарелке. Рядом стоял пустой графин. Светочка не знала, как поступить. Перед тем как сделать заказ, Гордеев предъявил ей удостоверение, и Светочка сомневалась, что имеет право будить такого важного человека. Поэтому она постояла возле столика и ушла, чтоб не тревожить представителя властных структур. В том же кафе за другим столиком сидела Надя. Напротив нее расположился молодой человек, с которым Надя познакомилась в Интернете. Молодого человека звали Ерема. Ерема положил на стол перед Надей фотографию. После Ромы это было четвертое подряд свидание, на которое ей приносили фото неприличного содержания. Надя не понимала: может, это она ненормальная, а то, что происходит вокруг, вполне естественно? Она смотрела на фотографию пустыми глазами, а Ерема ерзал на месте, потому что опасался Надиной критики.

— Как вам? — не выдержал он.

Надя кивнула:

— Недурно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Волкодав
Волкодав

Он последний в роду Серого Пса. У него нет имени, только прозвище – Волкодав. У него нет будущего – только месть, к которой он шёл одиннадцать лет. Его род истреблён, в его доме давно поселились чужие. Он спел Песню Смерти, ведь дальше незачем жить. Но солнце почему-то продолжает светить, и зеленеет лес, и несёт воды река, и чьи-то руки тянутся вслед, и шепчут слабые голоса: «Не бросай нас, Волкодав»… Роман о Волкодаве, последнем воине из рода Серого Пса, впервые напечатанный в 1995 году и завоевавший любовь миллионов читателей, – бесспорно, одна из лучших приключенческих книг в современной российской литературе. Вслед за первой книгой были опубликованы «Волкодав. Право на поединок», «Волкодав. Истовик-камень» и дилогия «Звёздный меч», состоящая из романов «Знамение пути» и «Самоцветные горы». Продолжением «Истовика-камня» стал новый роман М. Семёновой – «Волкодав. Мир по дороге». По мотивам романов М. Семёновой о легендарном герое сняты фильм «Волкодав из рода Серых Псов» и телесериал «Молодой Волкодав», а также создано несколько компьютерных игр. Герои Семёновой давно обрели самостоятельную жизнь в произведениях других авторов, объединённых в особую вселенную – «Мир Волкодава».

Мария Васильевна Семенова , Елена Вильоржевна Галенко , Мария Васильевна Семёнова , Мария Семенова , Анатолий Петрович Шаров

Детективы / Проза / Фантастика / Славянское фэнтези / Фэнтези / Современная проза
Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза