Читаем Новый Мир ( № 10 2012) полностью

Приходил к нам в школу и тренер по фехтованию Лев Мацукевич из спортивного общества “Буревестник”, соблазнявший нас этим мушкетерским видом спорта, который сделает спортсменов желанным кадром для любого вуза. Соблазнились Игорь Рацкий и я. Фехтование в то время только набирало популярность в нашей стране, и среди дисциплин была и такая, исключительно отечественная, как фехтование на винтовках со штыками. Мы с Игорем фехтовали на рапирах, а затем и на шпагах. К нам присоединился еще один юноша по фамилии Трацевицкий, и, таким образом, наша команда шпажистов “Буревестника” именовалась “Рацкий, Бродский, Трацевицкий”, что произносилось на одном дыхании как единое слово.

Трацевицкий был племянником Немировского, актера Вахтанговского театра, который преподавал в “Щуке” сценическое фехтование и часто судил соревнования. Немировский был высокий видный мужчина с фактурой, позволившей ему играть Николая Первого в одном из кинофильмов на пушкинскую тему. В актерской среде он был известен как человек недалекий; в частности, он якобы верил байке о том, что в Ленинграде Клодтовых коней с Аничкова моста на ночь убирают, чтобы не стащили. Я рассказал об этом перед соревнованиями при Трацевицком, не зная о его родственных отношениях, и чуть не нарушил единство команды. С тех пор в присутствии не очень знакомых людей я осторожен в рассказах, затрагивающих чью-либо репутацию.

Фехтованием я был очень увлечен, тренировки не пропускал, в отличие от школьных уроков, которые я иногда прогуливал, и вместо надоевшей школы ходил в юношеское читальное отделение Ленинской публичной библиотеки, где можно было и книги интересные почитать, и с разнообразной публикой пообщаться.

Особых успехов в фехтовании я не добился, но некоторое время тренировался за юношескую сборную команду Москвы по шпаге. Тренировал нас чемпион страны Леонид Блох, высокий блондин с пшеничными усами и статью поручика кавалергардов. Моей сильной стороной была мгновенная реакция, но, к сожалению, небольшой рост не давал мне никаких шансов в поединке с высокими и длиннорукими соперниками, и когда график тренировок не удалось увязать с расписанием занятий в институте, я, хотя и с некоторым сожалением, поставил на фехтовании крест.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее