Читаем Новый Мир ( № 1 2012) полностью

— Знаешь, — подумав, решился я. — Мне здесь все так напоминает Россию, что даже тошно. Ведь с Москвой произошло то же, что с Баку.  Те же роскошные дома с квартирами в миллионы долларов… Я всегда спрашиваю себя: кто может их купить? Находятся, покупают. Ну а на дорогах… Ты знаешь, у меня была машина. Но я ее продал. Понял, что у меня просто не хватает денег откупаться от этих…

Слева тускло под пологом серых туч блеснуло море. Дорога шла теперь все время вдоль моря на юг.

Бесприютный морской берег весь был разворочен гусеницами  бульдозеров: похоже, здесь недавно закончилась стройка. Несколько высоких домов с серыми, будто из прессованного шлака, стенами были выстроены прямо на едва присыпанном землей пятне мазута. Опять какой-то бред… То есть понятно: застройщик купил дешевый участок на нефтяном болоте. Но кто же станет здесь жить? Запах нефти чувствовался даже из машины… Рядом на склоне холма неутомимо кивали своими верблюжьими головами старенькие качалки, а вдали, на металлических платформах, вынесенных далеко в море, высилось несколько буровых установок посовременнее.

Когда-то Андрей Платонов назвал Каспий степным морем. Каспийские берега и вправду больше похожи на берега озера, нежели на берега настоящего моря: скалы редко вплотную подступают к берегу, образуя характерные очертания, — заросли камыша, барханы пустыни или плоские ланды окружают его изумрудные воды. Как-то в Казахстане на нетронутом человеком берегу мне удалось удачно поэтизировать этот пейзаж, уместив в объективе фотоаппарата несколько пучков выжженной до серебристого цвета травы, желтый ком перекати-поля, белую кромку пляжа, состоящего из миллиардов раскрошенных морских ракушечек — весь жар, всю сухость пропеченной солнцем земли, удивительным образом контрастирующую с зеленоватой чашей моря и прохладой голубого неба… Вот будто и вправду брел по степи и вдруг за очередным увалом тебе открылось не море суши, над которым парят лишь терпеливые орлы, а как мираж, заключенное в чашу песка сверкающее, драгоценное, переливчато играющее искрами чудо воды…

Но здесь… Мы ехали по совершенно убитому берегу. Было ощущение, что людям тут никогда не приходило в голову, что морской берег может быть использован для неги, купания или отдыха… Свалки, кладбища, сгоревшие заросли камыша и опять — свалки кирпича, автомобильных покрышек, демонтированных металлических конструкций…

Я пораженно молчал.